— Полагаю, в этом нет необходимости, — неожиданно возразил Головнин.

— В смысле?

— Наши умельцы, точнее один из них, нашел-таки способ усовершенствовать способ получения броневых плит.

— И каким же образом?

— Помилуйте, Константин Николаевич, — смутился статс-секретарь. — В технические подробности я вовсе не посвящен, да и совершенно не разбираюсь в этом.

— Так какого черта⁈ — снова начал заводиться я.

— Мне всего лишь прислали отчет из Технического комитета, в котором говорится о том, что предложение мастера Пятова вполне осуществимо и сулит большие перспективы…

— Кем подписан документ?

— Его превосходительством вице-адмиралом Шанцем, — начал перечислять Головнин, начиная по старшинству.

— Путилов среди них есть? — перебил я его.

— Точно так-с. А еще Якоби.

— Борис Семенович-то тут при чем?

— Так ведь изобретатель когда-то начинал у него. Собственно, если бы господин академик не вступился за своего бывшего работника, никто бы его и слушать не стал.

— Тогда ладно, — задумался я. — Как бишь зовут новоявленного Кулибина?

— Василий Пятов, из мастеровых.

— Никогда не слышал… [2]

Повод для размышлений был более чем серьезный. Если получится как с этим проклятым валом, нам все равно придется идти на поклон к иностранцам, а строительство корабля задержится на пару лет точно. Вот только насколько это критично? В нашей истории первый мореходный броненосец «Глуар» спустили на воду французы в конце 50-х. Чуть позже англичане ввели в строй свой «Уорриор». Сейчас первыми можем стать мы, что станет еще одним щелчком по носу «владычицы морей» и козырем на всех переговорах. Англичане, разумеется, тут же вступят в гонку вооружений и понастроят множество подобных броненосцев, которые быстро устареют…

— Хоть разорвись, — вздохнул я. — Телеграфируй в Питер, пусть займутся проектом этого самого Пятова. Если дело выгорит, будет у нас своя броня, а до той поры без иностранных заказов не обойтись.

— Может, следовало бы навести справки у французских и английских металлургов о пригодности данного способа к производству броневых плит? — предложил помалкивавший до сих пор Юшков.

— Чтобы подарить им идею? — возмутился Головнин. — Которую они доведут до практической реализации, да нам же и продадут? Благодарю покорно!

А ведь растут люди, — невольно подумал я. — Год назад у Александра Васильевича и мысли бы о защите русского приоритета не возникло. А теперь вон как смотрящего теперь на него волком Федора осадил…

— Тише вы, горячие финские парни! Нам тут только дуэли не хватало. То-то местные газетчики обрадуются!