— Не стоит, — покачал я головой. — Хочешь просить о помощи для своих друзей? Если они сами себе не помогут, мы ничего не сделаем.
— А что если отправить нашу эскадру к Дублину?
— С ума сошел? Я русскую кровь ради чужой свободы проливать не стану. Да и чревато это. Ни сегодня, так завтра начнутся шторма, во время которых нашим броненосцам путь в море заказан. Рисковать ими ради несбыточных химер? Благодарю покорно!
— Оно так, — помрачнел капитан первого ранга.
— Пойми, Иван Алексеевич, — вздохнул я. — Мы и без того сделали для них больше, чем кто-либо за все время британского владычества. В крайнем случае, если восстание будет подавлено, потребую признать их военнопленными и отпустить после заключения мира. Но это все!
— Благодарю, Константин Николаевич, — немного повеселел Шестаков.
— Все, ступай, некогда мне! Отсюда прямиком на корабль и более на берег ни ногой. Вещи вестовые заберут.
— Слушаюсь! — молодцевато отозвался тот и четким строевым шагом покинул мой кабинет.
Ну как с такими людьми быть? — подумал я, глядя в удаляющуюся спину. — Или в церковь или в кабак, и ничего посредине! Вроде только из кровати с блудными девками, хоть и титулованными, а тут же за ирландцев просит. Они ему сватья, братья? А самое ведь главное, что это я на словах такой циник, а дойди до дела, сам впрягусь за этих трижды проклятых фениев!
А вообще к Шестакову надо приглядеться. Человек он дельный, хороший организатор. Характер, правда, неуживчивый, но в основном с начальством. Подчиненные его как раз ценят и любят. Даже не представляю, как он в моей истории ухитрился стать министром? Обычно такие люди делают карьеру на войне, а в мирное время оказываются не у дел. Но ничего, я ему и после окончания боевых действий занятие найду….
Между тем переговоры с Францией и Британией об окончании войны, судя по всему, явно были не за горами. Еще одной приятной новостью последних дней, правда, на этот раз вполне ожидаемой, стало прибытие в Копенгаген графа Морни. Родственник французского императора приехал хоть и неофициально, но с вполне конкретной целью — подготовить почву для будущего мирного соглашения, выторговав для своего отечества максимально благоприятные условия.
Но, пожалуй, самая неожиданная и оглушительная новость поджидала меня сегодня утром. Король Дании Фредерик VII, тоже пока неофициально, обратился ко мне с предложением принять корону герцогства Гольштейн или, говоря по-русски, Голштинии. Но обо всем по порядку.
Глава 12
Да, иногда происходят события, которые ты никак не можешь прогнозировать и предвидеть. Началось все с приглашения от Гольштейнской ассамблеи, дворянства и городов посетить специально ради меня и всех «русских героев-моряков» устроенное торжество в Киле. По правде сказать, я хотел отказать. Дел полно. Одни переговоры с королем Дании, которые шли в режиме нон-стоп каждый день, отнимали много времени и сил, да и прочего всякого хватало за глаза. А тут ехать в провинциальный город… что я там не видел? Сосиски с тушеной капустой, селедка и местное пиво… не впечатляет.