его величество остановился передо мной, приглашая на танец, я не смогла ему отказать, хоть и была изрядно на него сердита. И мы закружились по залу, оставив выяснение отношений на потом. А когда этот танец закончился и начался другой, мы сбежали из тронного зала, давая возможность гостям танцевать и обсуждать всё то, что в эту ночь случилось. Мы шли по коридорам дворца, и моя рука была в руке Максимилиана. Но когда мы оказались в нашей спальне, я отдернула руку и ледяным тоном спросила: — И как давно к вам вернулась магия, ваше величество? Он даже не посчитал нужным мне об этом рассказать! Не доверился мне! А я еще жалела его, думая, как тяжело ему будет передавать власть младшему брату! — В ту самую ночь в загородной резиденции, когда был совершен ритуал. Его ответ заставил мои щеки запылать, и я отвернулась, чтобы он не заметил моего смущения. — В ту самую ночь, когда вы были уверены, что предаетесь любви с моей сестрой? — горько усмехнулась я. Думать об этом было слишком больно. Его руки легли на мои плечи, и я вздрогнула. — Магия вернулась ко мне именно в ту ночь, — прошептал он. — А зрение вернулось раньше — в тот день, когда люди маркиза Ужона напали на вас. Я замотала головой. Мне отчаянно хотелось ему верить, но… — Хотите я опишу ту старуху, что продавала на Набережной жареные каштаны? — он понял мои сомнения. — А может быть, шарманщика? Или того босоногого мальчишку, у которого вы купили игрушку? Значит, в ту ночь он действительно знал, что с ним была я? Он не принимал меня за Бланш? — Моя милая храбрая девочка, — он развернул меня к себе, и наши взгляды встретились, — неужели ты могла подумать, что я перепутал бы тебя с твоей сестрой? Вы настолько разные, что даже если бы я был еще слеп, я понял бы, почувствовал бы, что это была ты. Он называл меня на «ты», и это звучало как волшебная музыка. — Но вы не поняли этого тогда, в церкви, когда я приехала туда вместо Бланш, — из упрямства возразила я. — Тогда я еще не знал тебя! Но с каждым днем я узнавал тебя всё лучше и лучше. И за тот месяц, что мы были вместе, ты проникла в самое сердце. А сердце никогда не врет, ты об этом знаешь? Наши губы слились, но когда мы сделали перерыв после первого, такого сладкого и такого долгого поцелуя, я сказала: — Но у меня есть и другие вопросы, ваше величество! — Потом, — рассмеялся он. — Ты спросишь меня об этом потом, уже утром. А сейчас у нас есть более важные дела. — И что же может быть более важным, чем наш разговор? — шутливо удивилась я. — Нам нужен наследник,