И до меня, наконец, медленно, с нарастающим ужасом, дошло. Аран и не говорил им об этом месте раньше. Он сказал только сейчас, когда уже не мог не сказать — рискуя собой и своей памятью. Да, шанс, что Забвение пройдёт неудачно — небольшой. Но он есть всегда.
Я не стала смотреть на Арана — не хотела, чтобы он увидел в моих глазах беспомощное сожаление. Скорее всего, он сделал это даже не ради меня. Он просто не смог бы больше смотреть в глаза Дианту.
— Боюсь, что теперь служба узнает, — горько усмехнулся Аран.
И отвернулся к окну.
Глава 8
Самое странное после таких событий — что наутро ты просто встаёшь и идёшь пить кофе.
По возвращении во дворец меня сразу отправили спать, Альбину увели к лекарю, а Сай и Диант всю ночь решали дела со службой, докладывали о произошедшем королю и разбирали последствия. Я понятия не имела, как именно они всё объяснили, но надеялась, что никто из службы меня расспрашивать не станет. А то ведь могу и правду сказать, а её можно знать не всем. Пришлось бы сначала объяснять мне, кому и что нужно соврать.
Было удивительно узнать, что после моего побега бал продолжался как ни в чём не бывало. Никто не узнал о похищении, и мало кто заметил наше отсутствие. Паника среди гостей не нужна, особенно в такой важный для королевства день.
Всё утро я нервно елозила, ожидая выговора. Сай, проходя мимо, так на меня косился, что не оставалось сомнений — выговор будет, как только он освободится. Потом мне сообщили, что Альбина пришла в себя, и я помчалась в лечебное крыло.
Здесь всегда стояла напряжённая тишина, но по коридору разливался мягкий свет, и от него становилось чуть спокойнее. Добравшись до нужной палаты, я обнаружила, что пришла не одна: на скамейке возле двери, устало облокотившись на стену, сидел Яр.
— Мирана, — вскочил он, заметив меня. — Говорят, она очнулась? Меня не пропускают.
— Почему не пропускают?
Я нахмурилась, разглядывая двух стражников в дверях. Странно. Не замечала, чтобы тут всех так охраняли.
— Приказ короля, — ответил один из них, хотя я даже не задала вопрос. — Посторонних не впускать.
— Вас можно, — быстро добавил второй.
Я в замешательстве прошла к дверям, дав знак Яру, что во всём разберусь. Сначала проверю, как она, а потом выясню, что это за ерунда со стражей.
Альбина полулежала на кровати с закрытыми глазами, но почувствовала моё появление и встрепенулась. Я подошла не сразу, пару секунд смотрела на неё от входа, пытаясь отогнать щемящую боль. Выглядела подруга вполне здоровой, но страшно было представить, что она чувствует. Она, в отличие от меня, к подобному не привыкла.