— Хотите воды? — спросила следователь, — Кофе предложить не могу, у нас поломалась кофеварка, мастер еще не пришел.

— Нет, спасибо, — качнула головой Минсо.

А вот Чанмин попросил стаканчик. Следователь вышла.

Атмосфера была напряженной, Минсо периодически ловила на себе взгляды Чанмина. Сама же она просто хотела поскорее с этим разобраться и вернуться к работе. И так уже полдня потратила на пустые разговоры. Иногда ей казалось, что Чанмин хочет что-то сказать, но до прихода следователя они так и просидели в полной тишине.

Допрос вела знакомая Минсо женщина-следователь и ее коллега — не тот злюка, что в первый раз. Вопреки опасениям Минсо, на нее никто не давил. Это было больше похоже на допрос Чанмина, где Минсо лишь иногда просили подтвердить или опровергнуть его слова. К Чанмину обращался именно мужчина, женщина же внимательно наблюдала за Минсо, считывая малейшие движения мимики и тут же задавая вопросы. Это даже злило. У Минсо, как ей самой казалось, достаточно скупая мимика, но женщина, кажется, спец. Есть такие люди — они легко считывают даже крошечные проявления эмоций.

Следователи не давили на Минсо, но кому понравится выслушивать путанные показания своего бывшего подопечного, когда за тобой внимательно следит человек, натасканный на считывание мимики? В голове у Минсо билась одна мысль: поскорее бы все это закончилось и она смогла бы поехать домой. На работу уже не вернется, этот день выжал из нее все соки.

Но и Чанмина она слушала достаточно внимательно. Он юлил, пытаясь переложить часть ответственности с себя на Минсо: не понимал, что делаю, мне не объяснили, не предупредили, не проверили… никто не запрещал мне пить, а я такой дурашка, совсем не умею это делать. Судя по тому, как он временами смотрел на своего адвоката — это их официальная стратегия защиты. Они хотят переложить вину на Минсо, выставляя Чанмина молодым и глупым.

— Вы не согласны со словами господина Пак? — уточнила следователь.

— Нет, конечно, — ответила Минсо. — Вы выбрали интересную стратегию защиты… учитывая возраст своего подопечного. Я продюсер, а не учитель младших классов.

Последнее она сказала, смотря на адвоката Чанмина. Тот недовольно поджал губы.

— Вы хотите сказать, что все это — вне зоны вашей ответственности? — уточнила следователь.

— Да, — ответила Минсо. — Чанмин был наемным работником, я должна была создавать для него комфортные рабочие условия. Обязанности следить за ним как за маленьким ребенком у меня не было.

— Хочу уточнить, что дальнейшие попытки оклеветать мою подопечную могут стать причиной нашего иска, — добавил адвокат Минсо.