— Вон там, куда целюсь, — сказал я. — Повнимательней. Я огляжусь.

Лешаки не обязательно в одиночку охотятся, так что лишняя бдительность не помешает.

— А что там? — спросил Дмитрий.

— Лешак. За деревом стоит, метров пятьдесят от нас. Подсвечу. — Я включил лазер на винтовочном цевье, яркое зеленое пятно упало на ствол дерева. — Видишь?

— Теперь вижу.

— Вот и держи его.

Я услышал, как Саня сдвинул на ремне сумку с прибором, руки освободил. Затем он сказал:

— Сейчас осмотрюсь.

А амулет‑то продолжает холодеть. Старается нечисть изо всех сил нам в мозги залезть. Кстати, будь амулеты послабей — мог бы и пробиться, у каждой защиты есть предел, а давит он сильно. Или он не один все же?

— Еще правей, — вдруг сказал Саня. — Вот куда целишься и правей градусов десять. Пень, за ним.

Точно, а там второй. Аура тоже серая, с отливом в голубизну, однотонная. Ладно… А Саня в амулет смотрит, ему проще, мы так не умеем.

— Испытаю. — Я шагнул к дереву и прижал цевье к стволу. — Подстрахуй, если что.

Подлеска нет, но есть кустарник на остатках пня, за ним нечисть и прячется. Поэтому и амулет так дрожит: вдвоем давят.

Не так хорошо лешака и видно, только край башки и плечо, но пень трухлявый, а значит, не препятствие для пули. Где там у него туловище? Сам‑то лешак вроде лохматого сутулого гуманоида цветов костюма «гилли», даже разглядеть трудно. А глаз красным светится, вижу… нечисть же.

Тварь что‑то почуяла, вдруг рванула в сторону, я едва успел удержаться от выстрела и сместить прицел, затем с невероятной скоростью бросилась за деревья. Я все же выстрелил, взяв упреждение, винтовка чувствительно толкнула в плечо, грохот разнесся эхом, но не попал, струя пламени вырвалась из ствола дерева. Тут же хлопнула винтовка Дмитрия, дважды, дальше он выругался.

— Попал?

— Нет. Он за деревьями бежал, я его и не разглядел почти.

— Водить хотели. Или еще хотят. Осторожно ходим.

Нечисть, в отличие от совершенно безмозглых порождений Стужи или Тьмы, имеет и инстинкт самосохранения, и мозгов у нее хватает. Эти последние просто прут на добычу без страха и сомнения, потому что они по большому счету и существами‑то не являются, а лишь овеществленными сущностями, даже частями одной сущности. Но в данном случае это и плохо, потому что лешаков спугнули, а уйти они могли и не уйти. Еще потреплют нервы.

— Что там у вас? — послышался голос Милы в рации.

— Штатно. Спугнули что‑то.

— Осторожней давайте.

— Есть осторожней.

Прошли положенное, встали, Саня вновь за прибор взялся, а я за «ауровизор». Опять амулет чуть дрожит, так что… ну да, вон свечение ауры, но теперь подальше, на рожон не лезут. Кстати, только одного вижу. Интересно, это мы сами на лешаков вышли или они за нами по берегу шли? Если и шли, то недолго: все же лодка быстрей движется, отстали бы.