Я повесил полотенце на крючок и обнял девушку.
— С ума сошел? — возмутилась та. — А если кто‑нибудь зайдет?
— Например?
— Колдун твой!
— Он воспитанный мальчик, он постучит.
Я поцеловал Ирину, девушка ответила на поцелуй и развернулась лицом к стене.
— Хмелев, ты меня используешь! — прошептала она.
— Еще нет. Но использую.
— Пошляк!
— Просто надо кое‑что разузнать, — пояснил я, уткнулся лицом в девичий затылок и вдохнул легкий аромат духов. — Поможешь?
— А можем поговорить о делах после?
Я внял просьбе, и какое‑то время мы обходились без слов.
Когда я вышел в раздевалку, гимназист посмотрел на часы и вздохнул.
— Чрезвычайно липкая грязь, — посетовал я, открывая дверцу шкафчика.
— Просто у меня рабочее время закончилось, — пояснил Роман.
Я быстро оделся, мы поднялись из подвала и направились к служебному автомобилю.
— «Магистр», — произнес вдруг колдун.
— Что это? — не понял я.
— Препарат, увеличивающий пропускную способность энергетических каналов. Попробуйте обследоваться с ним.
— Спасибо, предложу.
Я забрался на заднее сиденье и сразу позабыл о словах гимназиста. Не до них было, думал о том, не свалял ли дурака, попросив о помощи Ирину. Пусть девушка и без того по работе частенько посещала «Черный квадрат», на сердце все же было неспокойно.
Просто не стоит мешать личные отношения с рабочими, ни к чему хорошему это обычно не приводит. И теперь оставалось лишь уповать, что из всего этого не выйдет большой беды…
Часть 6
Клондайк
27 июня, понедельник
Место действительно было богатым. Искать само месторождение мы не пошли, страшновато там, другие силы требуются, да и нет ничего у нас для поисков, но взяли пробы со всей галечной террасы и продвинулись метров на сто вверх по ручью, попутно пристрелив двух церберов и разогнав «сверхновой» призрачное скопление тьмы на берегу. Золото было везде, но больше за очередным перекатиком метрах в пятидесяти вверх по руслу Золотого, по правому его берегу, за отмелью и по той части террасы, которую ручей омывал своей водой.
— Тут как ловушка для золота, — объяснял Смирнов. — Оно тяжелое, и с самой тяжелой породой его гонит. За перекатами ямы, так крупинки на дно падают, и вымыть их оттуда течение уже не может. А к отмели его выносит, но закидывает другой породой, там копать нужно. Сама жила… она метров пятьсот отсюда, я думаю, — махнул он рукой вверх по руслу ручья, — поэтому и место такое богатое. Все здесь оседает, что вымыло. Надо и рудное искать, но не с нашими возможностями.
За три дня намыли много — и песка, и даже самородков, хоть и некрупных. И мы даже не мыли для добычи, мы просто проверяли разные места, иногда заранее зная, что тут ничего не будет. А если бы мыли всерьез, на результат, то могли бы если и не разбогатеть за это время, то неслабо поправить личный бюджет.