Ирина тоже на пиво не налегала, и кувшин остался нетронутым.
— Слава, я спать! — сразу объявила девушка, накинув длинный банный халат. — За неделю после возвращения вымоталась больше, чем за всю командировку. Сейчас задрыхну без задних ног.
— Ага, давай. Я пиво Ивану отнесу и тоже поднимусь.
— Жду.
— Сейчас.
Но вышло все совсем не так. Только сунулся в бар — и лицом к лицу столкнулся с Климом.
— Какими судьбами? — удивился я и сразу хлопнул свободной рукой себя по лбу. — А, точно! Стас Кудрин, день рождения! Ты предупреждал, помню.
— А про скидку помнишь?
— Как с куста!
Стаса Кудрин был заместителем Климова, и на сегодняшний вечер братья забронировали сразу три стола на улице. Надо ли говорить, что знакомых в этой компании у меня оказалось предостаточно и не выглянуть к гостям я попросту не мог.
— Сейчас подойду, — пообещал я Климу и отвлекся на разговор с Николаем Гордеевым.
Перекинулись с ним парой слов да раздавили по рюмке самогона, и я вышел на улицу, прихватив с собой кувшин пива. А в итоге весь кувшин сам и выпил. Братья употребляли под горячее все больше принесенную с собой водку; мрачный Иван подсчитывал недополученную выручку, но молчал. О важности полезных связей он знал ничуть не хуже меня.
А Братство… Братство — как ни крути, это навсегда.
Очень быстро накатили сумерки, похолодало, и находиться на открытом воздухе стало как‑то слишком уж зябко. Я решил закругляться и огляделся в поисках именинника, но Стаса нигде видно не было.
— Куда твой зам убежал? — спросил я у изрядно набравшегося Клима.
— Оксанку клеит, — ответил Климов и задумчиво подпер щеку ладонью. — Ну а почему нет? Стас холостой и при должности, племянница у меня девка видная, есть за что ухватиться, правда, уж больно непутевая…
Я не стал слушать пьяных словоизлияний и потихоньку сбежал из‑за стола. Только вошел в бар, и болтавшая до того с широкоплечим черноволосым парнем Оксана пулей метнулась на кухню.
Стас Кудрин обернулся и шагнул ко мне с открытыми объятиями.
— Вячеслав Владимирович, дорогой!
Мы обнялись, и я вывел хмельного именинника на улицу. Усадил там его рядом с Климом и вернулся в бар.
— Водку жрут? — спросил Иван.
— Ее, родимую, — подтвердил я и поежился.
Замерз на улице, так и морозит.
— Дядь Слав, не заболели? — забеспокоился помощник. — А то бледный шибко.
— А? Нет, нормально. Просто не стоило после бани на улице сидеть, продрог. Воды кувшин налей, пойду греться.
Ваня отправился на кухню, а я достал из‑под прилавка графинчик с настоянным на травах самогоном и набулькал две рюмки.
— Да не стоит… — замялся вернувшийся с водой Иван.