Рядом со мной Данир издал странный, сдавленный звук.

Поверь мне, Зора, - он провел рукой по лицу, оставляя на коже полосу из крови и грязи, - он уже знает. И «недоволен» - весьма мягкое определение того, что он сейчас испытывает. Лис, услышав имя хозяина, фыркнул, тряхнул головой и продолжил вылизываться. По крайней мере исчезать он не собирался. Вместо этого он подошел ближе, мягко толкнул меня мокрым носом в руку, а потом улегся прямо у моих ног, положив морду на лапы. Пушистый хвост обвил мои лодыжки, то ли согревая, то ли демонстративно помечая территорию.

Данир наблюдал за ним с подозрительно непроницаемым видом.- Зато, - наконец, вздохнул он, глядя куда-то поверх деревьев, - нам уже никуда не нужно идти. Я посмотрела на него... и улыбнулась. Раненый, уставший, в покрытой грязью и кровью разорванной одежде, Данир был прекрасен. Таким он мне нравился даже сильнее, чем когда был холодным неприступным лордом.- У тебя... очень красивый..., - зачем-то сказала я, глядя в сторону леса, где исчез его тотем. Данир слегка поморщился, как будто я коснулась неприятной для него темы. И в этот момент из тени за его спиной показалась голова змея.

Обогнув Данира, тотем скользнул вперед, вертикальные зрачки изумрудных глаз были прикованы ко мне. Я замерла. Лис у моих ног тоже насторожился, приподнял голову, издал низкое предупреждающее ворчание. Марс в переноске зашипел, но я так и не поняла на кого. Змей не проявлял агрессии, просто застыл в двух шагах и склонив голову, с любопытством разглядывал меня.

Можно его погладить?

спросила я, не отрывая взгляда от удивительного существа. Данир тяжело вздохнул. Устало посмотрел на свою змею, потом на меня, и, наконец, кивнул.

Я осторожно протянула руку. Лис глухо заворчал, но с места не сдвинулся. Змей не задумываясь скользнул по мою ладонь. Пальцы коснулись чешуи на его шее, прямо под воротником из жестких перьев. Ощущения были необычными. Кожа твердая, прохладная, идеально гладкая, а прямо под ней перекатываются мощные мышцы. Осмелев, я рискнула дотронутся до клюва. Он оказался холодным и острым, как обсидиан. От змея не исходило того уютного тепла, что я чувствовала от лиса. Тотем Данира фонил первобытной силой, дикой и древней, как эти заповедные леса. И такой же смертоносной. Но под всем этим я явственно ощущала направленное на меня осторожное заботливое тепло. Это было похоже на то, как огромный, свирепый зверь склоняет голову, чтобы его почесали за ухом.

Змей, словно соревнуясь с лисом, обвил меня кольцами, окружая живой стеной. Его голова легла мне на колени рядом с переноской, и я почувствовала, как под чешуей что-то вибрирует. Сначала, я не поняла и отдернула руку, но оказалось, что эта внутренняя дрожь заменяет змею довольное урчание. Лис нервно дернул хвостом, привлекая мое внимание.