Приложившись всем телом о пол, кот громко клацнул зубами, извернулся и вскочил на ноги как ни в чем не бывало. Тут же найдя меня взглядом, он прижал к башке свои куцые уши, ударил хвостом и угрожающе зарычал.

— Уже боюсь, — сквозь зубы процедил я. — Пшёл вон! И на глаза мне лучше не попадайся! А то ещё прибью ненароком.

Хвостатый поганец всё понял прекрасно. Опалив меня ненавидящим взглядом, он оскалился и исчез. Силуэт кота словно размазался, стал прозрачным и пропал окончательно. Не знаю… Возможно, мне показалось, но скалился шерг издевательски. Так, словно поле боя осталось за ним.

Досадно, но с этим было сложно поспорить. Какой-то драный кошак нанёс мне ущерба больше, чем трое вооруженных бойцов. Нет, понятно, что от него я ничего такого не ждал, но успокаивать себя можно сколько угодно. Правая рука болела нещадно, крови уже натекла целая лужа, и нужно было срочно что-нибудь предпринять.

Быстро пройдя в душевую, я сунул руку под холодную воду, смыл кровь и обмотал предплечье двумя полотенцами. Заметив и правильно истолковав эти телодвижения, Алиса предложила мне бинт, и операцию пришлось повторить.

Плотно обложив руку предложенными медицинскими тряпками и остановив кровь, я обмотал предплечье бинтом. Затем поблагодарил нейросеть, вернулся в комнату и тут вдруг понял, насколько проголодался.

Ну да… Очевидно, включился процесс восстановления, организму потребовалась энергия, и он прямо мне об этом говорил. Пожав плечами, я подобрал с пола оба пакета с едой и выложил из них на стол все лотки и контейнеры.

Упаковка местной еды по большей части была произведена из уже знакомой плотной бумаги. Всё подписано, и места для разрыва обозначены пунктирными линиями. Вот только некоторые названия слегка настораживали, поскольку мозг выдавал какие-то жуткие аналогии. Нет, ну вот что, скажите, может лежать в контейнере с надписью«Обожжённый тюлень» ? Возможно, это какой-то аналог хот-дога?

С сомнением оглядев все этикетки, я уже собирался усесться за стол, но вспомнил, что я не один, выругался, вздохнул и направился к посудному шкафу. Вытащив из него две тарелки: мелкую и глубокую, я отложил их в сторону, затем достал из холодильника два полукилограммовых брикета и сунул их в«микроволновку» . Пока кошачья еда размораживалась, налил воды в глубокую миску и отнёс её в дальний угол комнаты к входу в санузел. Дождавшись, когда мясо и рыба разморозились, я положил их в тарелку и отнёс туда же — к воде. Скептически оглядев получившийся натюрморт, отошёл на пять шагов и громко произнёс: