— Что за спецгруз? — насторожился доктор.

— А, ерунда. Какой-то сентиментальный олигарх, эмигрант с Земли на Лиду, желает встретить Новый год с настоящей живой елочкой. Достал разрешение, оформил ветпаспорт, чипировал ствол и даже застраховал ее на время перелета, так что все совершенно легально, только бери и вези.

— Извилистая трасса получается, — заметил Вениамин. — Этот новенький, Алексей, справится?

— Какая разница? У нас же есть нормальный… — Станислав запнулся. — Ну, почти нормальный навигатор.

— Которого не помешало бы показать психологу, — сочувственно закончил друг.

— Пожаловаться ему, что киборг чувствует себя киборгом?!

— Да не чувствует он этого, в том-то и проблема!

— Тогда почему так себя ведет?!

— Потому что считает, что мы это чувствуем. И что наше прежнее отношение, как к человеку и равноценному члену команды, он безвозвратно утратил. Вот и прячется за бесстрастной личиной, чтобы не получить под дых: «Эй, жестянка, знай свое место!»

— Глупости, никто ему такого не скажет! — возмутился Станислав. — Тед с Полиной пять суток по очереди вахту в медотсеке несли, пока он не очнулся. А сколько денег мы за его ремонт… тьфу, лечение заплатили, вообще вспомнить страшно! Не каждый человек столько за родную мамочку отвалит.

— Я потому и сказал про психолога, — вздохнул Венька. — Чем дольше он изображает отверженного, тем больше и в самом деле отдаляется.

— Может, мне с ним серьезно поговорить? — предложил Станислав. — Объяснить, что мы по-прежнему друзья и одна команда…

— А ты сможешь сделать это достаточно искренне? Не ниже пятидесяти одного процента на голосовом детекторе лжи?

Капитан примолк, задумался. Да, ему действительно хотелось вернуть прежнего, спокойного, рассудительного и одновременно колко-ироничного рыжика, но Станислав знал, что он киборг. А для навигатора это сейчас и было основной проблемой.

Официантка вернулась и неодобрительно засопела, заставив друзей поспешно убрать локти со стола и вжаться в спинки стульев. Перед Станиславом поставили чайную чашку, на треть заполненную черной жидкостью с пеной подозрительного оттенка, перед Вениамином — мисочку с горстью кофейных зерен и воткнутыми в середину щипчиками.

— Простите, — возмутился доктор, — но вы же сказали, что человеку этот кофе тоже подходит!

— Верно, — подтвердила официантка, — если вы его сгрызете, вам ничего не будет.

— Нет уж, — обиделся Вениамин, — сами грызите! А мне принесите нормального капучино.

— Сами не знают, чего хотят, — буркнула тетка, раздраженно брякая центаврианский деликатес обратно на поднос.