Я решил идти ва-банк. Поймал её, когда она сидела в массажном кресле, и в упор спросил.

— Хочешь, расскажу тебе, где батя прячет абрикосовое варенье. Настоящее!

Галина удивилась:

— К чему такая щедрость? Или ты сейчас попросишь что-то взамен?

— Угу. Попрошу. Тебе Арсен ничего не говорил про прошедшую передачу товара?

Она остановила кресло, задумалась, картинно положив подбородок на левую руку. Ответила:

— Учитывая, что Арсен просил ни за что не рассказывать, а его я знаю куда дольше тебя, я считаю, что варенье — недостаточная плата.

Ого! Значит, есть что скрывать. И значит, возможно, у них с Арсеном всё не так, как я предполагал.

— Что… ты хочешь?

— Пароль от припринтера. Хочу напечатать себе одну штуку.

Припринтер — это принтонный принтер. Вид космического планктона в симбиозе с нанороботами может нуль-синтезировать простейшие кристаллические решётки, газы и даже что-то из органики вроде этанола. Как некогда в древности огнестрельное оружие было предметов запретов, ограничений, и, в то же время, символом власти — так и ручка припринтера сейчас.

Папаша скрывал пароль даже от Арсена, когда нужно было — сам запускал. А мне сказал, но требовал просить разрешения, если чего решил напечатать. У нас был крохотный бассейн в трюме, но при желании можно было затопить и превратить в цех половину грузового отсека. Забавно, предстояло менять одну тайну отца на другую. Похоже, папашины секреты становятся главной валютой на «Молотове».

— Пароль я тебе не дам, увы. Но напечатать смогу помочь.

— Идёт. Говори, где варенье?

Я рассказал — он было на складе, который располагался под капитанским мостиком. И Галина рассказала секрет:

— Ну, в общем, Арсен видел, как наш кэп подменил платёжные карты после передачи товара. Говорит — сначала подумал, что, показалось, но твой папаша пробормотал что-то вроде «Прокатило», а потом они бегом побежали сначала в лазарет, а из лазарета в порт. В общем, я полагаю, кинул поставщиков твой папаша.

Я знал, что батя у меня отмороженный, но чтобы настолько? Кинуть бандюганов из концерна с окраины ойкумены? Но зачем? С властями можно хоть как-то рассчитаться, даже под арестом за порчу имущество пересидеть — и всё, живи спокойно. Но бандюганы? Их кидать у нас в профсоюзе разрешалось строго после консультаций с куратором.

Признаться, мне стало немного страшно. А впереди страху было ещё больше — Новгородская иерархия, край фанатиков и культистов.

* * *

Лететь до границы Новгородья пришлось долгих четыре с половиной недели. Летели параллельно Северо-глубинному, в паре систем подальше. Выбирали нырки подольше, по двое-трое суток, дрыхли по двадцать часов, ели поменьше — ну, как обычно. На пути попалась всего одна захудалая перевалочная база с десятком одичавших вахтовиков, снабдивших нас ужасного качества дефлюцинатом, ураном и бичпакетами, причём бичпакеты стоили дороже всего. Попытки найти там вразумительный чай для сравнения не увенчались успехом.