— Извините, — пролепетала незнакомка с пепельными волосами, которая попыталась всю свою внушительную стопку книг разом отнести библиотекарю.
— Ничего, — буркнул я. — Давайте подсоблю. Тяжёлая литература в ученье, помогает потом на работе. Так?
— Не знаю, — улыбнулась девушка, чьи книги я разом взял в свои загребущие руки и понёс в сторону стойки выдачи книг.
— Меня, кстати, зовут Никон, то есть Володя Никонов. Если оставите телефончик, то можем ещё раз встретиться здесь в библиотеке. Поверьте, мне ваши книжки носить не сложно.
— Очень приятно Жанна, — усмехнулась девушка и сказала, — телефон я вам оставлю, но библиотека не лучшее место для свиданий.
— Тогда возьмём томик поэтов Серебряного века и посидим где-нибудь в кафе. Только я из Ворошиловграда приеду ровно через неделю, 15-го вечером. Дождётесь?
— Не знаю, — улыбнулась красавица с большими светло-серыми глазами.
Глава 6
Во вторник 10-го апреля на ворошиловградском стадиона «Авангард», который в лучшие годы вмещал 40 тысяч человек, сегодня было не многолюдно. Навскидку тысяч 15 или 16 самых верных болельщиков поддерживали свою удивительную команду, прославившуюся в 1972 году, сенсационно выиграв золото чемпионата СССР. Тогда далеко не звёздных парней из Ворошиловграда привёл к успеху Герман Зонин, разгромив по ходу всех футбольных грандов Советского союза. Но, как и во всех сказах, лишь куранты пробили двенадцать часов, карета превратилась в тыкву, а «Заря» стала обычным невзрачным середняком высшей лиги.
Однако сегодня середняк выглядел на поле более сыграно и слаженно, чем наш амбициозный «Спартак». Хотя надо признать такого давления на ворота Дасаева как несколько дней назад в Донецке хозяева не оказывали. В начале игры шквал атак «Зари», который привёл к голу Анатолий Быкова, потушил ответный мяч Георгия Ярцева, убежавшего один на один после дальней передачи Юрия Гаврилова. И теперь шла равная игра с небольшим преимуществом ворошиловградцев, на которую я смотрел естественно со скамейки запасных.
— Спокойно, Никон, — приговаривал сидящий рядом Николай Петрович Старостин, когда я вскакивал со скамейки, реагируя на творящийся в полузащите бардак. — Только в перерыве Косте ничего не говори.
— Не скажу, я же обещал, что буду молчать, — пробубнил я, вновь опустившись на лавку. — Вы же сами не слепой, видите, что один левый фланг у нас кое-как работает, где Гаврилов взаимодействует с Шавло. Мишу Булгакова в атаке закрыли на глухо. До Геры Ярцева мяч элементарно не доходит, ведь на правом фланге у парней тихий час! Б…!