— «Динамо» Алма-Ата, балаболка.

— А если серьезно, — я перестал усмехаться. — Мы всего один раз в узком кругу заикнулись, что хорошо бы командой руководили вы. Вы же видите весь «Спартак» на нервах, кто-то стучит, все друг друга подозревают. «Пахтакор» еле-еле обыграли вопреки Бескову. «Зарю» дожали в конце с большим трудом, когда Константин Иванович соизволил меня выпустить. «Динамо» из Москвы в четвертьфинале прошли чудом, и тоже без Бескова.

— Я уже старый, — пробормотал Николай Петрович, с грустью посмотрев на расцветающую природу и скорее всего вспомнив, что лучшие годы провёл или в лагерях, или с запретом проживания в Москве и Ленинграде.

— А вы найдите молодого помощника. Например — Ярцева, ему всё равно скоро заканчивать, а тренерские задатки у Геры имеются и очень неплохие. Я ручаюсь, что чемпионат мы выиграем, Кубок отвоюем, и Кубок Кубков так же отожмём у иностранных коллег. Правда, тут нам Саша Заваров из «Зари» понадобится. И ещё эту Универсиаду народов СССР со сборной Москвы до кучи прихватим.

— Спартакиаду, баламут. Шутишь ты, Никон, не смешно. — По слогам произнёс Николай Старостин.

* * *

Вечером того же дня на стадионе «Торпедо», которому в 1997 году присвоят имя Эдуарда Стрельцова, была «полна коробочка». Диктор по стадиону объявил, что на матче присутствует 16 тысяч человек, хотя навскидку людей на трибунах уместилось значительно больше. И само собой под такую дружную и шумную звуковую поддержку наш «Спартак» почти весь первый тайм либо владел территориальным преимуществом, либо атаковал ворота «Черноморца». К сожалению, отличный момент упустил Гера Ярцев, когда ему с левого края Сергей Шавло выкатил мяч в район одиннадцатиметровой отметки. Затем Юра Гаврилов и Миша Булгаков, разыграв хорошую двухходовку прорвались по центру, но в последний момент забыли ударить. А без ударов голов не бывает.

Кстати, на последнем рубеже у одесситов очень здорово сыграл в паре эпизодов вратарь со странной фамилией Жекю, который через несколько лет перейдёт в минское «Динамо» и в 84 году проведёт шикарный матч в Кубке УЕФА против лиссабонского «Спортигра». Ту игру я смотрел по телевизору давным-давно в той жизни ещё мальчишкой. И Иван Жекю, выиграв послематчевую серию пенальти, на эмоциях даже всплакнул.

Но сейчас в начале второго тайма одессит улыбался, ведь на табло горели благодатные для гостевой игры нули и «Черноморец» неожиданно, для переполненной чаши стадиона, перешёл в наступление. И уже в поте лица трудился визави Ивана Жекю — наш Ринат Дасаев, отражая один дальний удар за другим. Зрителям такой футбольный спектакль естественно встал поперёк горла и всё чаще на трибунах начал раздаваться свист. А один горластый болельщик, сидящий недалеко от нашего старшего тренера, вдруг громко выкрикнул: