— Подумаешь, увидел чертей в зеркале? — усмехнулся я. — Эка невидаль. Вот у меня был один знакомый, между прочим, футбольный тренер юношеской команды. Так он знаешь, до чего допился?

— Ну? — недовольно хмыкнул Юрий Васильевич, который сегодня добровольно отказался от бокала местного красного вина, когда команда после тренировки приехала за покупками на торговую улочку Руа-де-Санта-Катарина.

— Скатал в рулон напольный ковёр, взял рубанок и начал его стругать, словно бревно, — сказал я, еле удерживаясь, чтобы не заржать. — Ничего-ничего, годик другой потерпишь, там полегчает. Нам с тобой ещё Европу брать, и чемпионат Мира штурмовать.

— Поживем, увидим, — засомневался Гаврилов.

И тут в комнату вбежал радостный и возбуждённый Саша Заваров, который где-то по дешёвке купил пять пар ботинок, и теперь всем хвастался — какой он крутой и ловкий коммерсант.

— Зырьте ботиночки! — весело выкрикнул он, щеголяя в обновках. — Взял за 50 эскудо. А дома продам за 150 рублей. А шо? 750 рублей на дорохе не валяются.

— Если считать, что 50 эскудо — это два с половиной доллара, то цена подозрительно низкая, — согласился я и, подойдя поближе, сначала осмотрел коробку, а затем и сам товар. Лично я сегодня купил одни джинсы для себя, а вторые для девушки Миланы, и потратил на них почти все свои суточные, целых 400 эскудо. — Странно, — пробурчал я. — Что-то здесь не так. Юра, глянь!

— Та шо ни так? Шо ни так? — разнервничался Заваров. — Усё так! Торховаться надо уметь.

— Я не большой знаток португальского, — пробубнил я, рассматривая какие-то мелкие крестики на этикетке, — но сдаётся мне, что это обувь для покойников.

— Шо? — опешил наш юный новобранец из Ворошиловграда.

— Здесь, Заварчик, так принято, — похлопал я его по плечу. — Для покойников делают специальную одежду: рубашки, костюмы и конечно обувь.

— Разваляться твои шлёпанцы после первого дождя, — резюмировал Юрий Гаврилов, внимательно осмотрев сам ботинок.

— И шо теперь делать? — стал усиленно чесать затылок Александр Заваров.

— Родственникам подари, — хмыкнул Юрий Васильевич, после чего мы вдвоём от гомерического гогота буквально согнулись пополам.

— Завтра, завтра, поменяем, — еле-еле произнёс я сквозь слёзы и смех.

* * *

А вот на футбольном поле в день 7 ноября в красный день календаря нам было не до смеха. Португальцы, которые играли сегодня в оранжевых футболках с чёрными шашечками, начали матч с запредельной самоотдачей, так как переполненный стадион свистел, гудел, галдел и без остановки гнал своих футбольных «гладиаторов» на наши оборонительные порядки. Первые десять минут мы с большим трудом цеплялись за мяч, и о контригре даже не помышляли. В эти тревожные мгновенья я опустился в опорную зону и вместе с Вагизом Хидиятуллиным, а так же тройкой защитников отбивал опасные наскоки футболистов из города Порто. Кстати, Заваров и Шавло тоже были вынуждены опуститься на позиции крайних защитников и прикрыть фланги.