А когда от углового флажка пошёл навес в район нашей 11-метрой отметки, то я отметил про себя, что команде критично не хватает в оборону высоких парней, и на одном Вагизе Хидиятуллине далеко в Еврокубках не уедешь. Именно по этой причине выше всех выпрыгнул защитник «Черноморца» Лещук и головой, словно колотушкой, со всей силы долбанул по мячу.

— Оооо! — рявкнула публика, когда мяч устремился в верхний угол наших ворот.

Однако довести до экстаза всю местную торсиду не дала моя светлая голова. Я резко выпрыгнул вверх и, так как футбольный снаряд летел именно к моей штанге, вынес его головой на двадцать метров в поле. И вдруг на мяч как коршун первым выскочил Саша Заваров. «Вот что значит 100-рублёвый штраф, который можно аннулировать хорошей и самоотверженной игрой», — усмехнулся я про себя, видя, как шустро Заваров несётся в контратаку.

Болельщики мгновенно засвистели и загудели, словно свистом можно было остановить прорыв нашего игрока. А Саша Заваров тем временем сыграл в стеночку с Гавриловым, пропихнул мяч между ног защитнику «Черноморца» и вылетел один на один на ворота Ивана Жекю.

— Давааай! — заорали мы со своей половины поля, так как больше ничем помочь Александру не могли.

Голкипер Жекю грамотно рванул из ворот, но Заваров хитро качнул корпусом в правую сторону, а пробил черпачком в левую. Благо качество газона такие вещи исполнять позволяло.

— Гоооол! — дружно заорала вся наша красно-белая дружина, когда мяч опустился в сетку ворот «Черноморца», и также дружно побежала поздравлять Сашу с успехом.

— Ну, шо, кудрявый, штраф в 25 рублей лучше? — захохотал я, когда мы все его обнимали трепали по голове.

— А я не шо такохо и не ховорил, — захихикал будущий игрок туринского «Ювентуса».

Получив вторую плюху от нас, у одесской команды резко пропало желание атаковать большими силами, и вообще, игровой энтузиазм семимильными шагами сошёл на нет. Поэтому к 30-ой минуте мы полностью взяли под свой контроль мяч и осадили штрафную «Черноморца», как Суворов когда-то осаждал турецкую крепость Измаил.

В этот момент Юрий Гаврилов и Фёдор Черенков безраздельно плели наши многоходовые комбинации на подступах к штрафной площади. Однако внутрь, где одновременно находилось девять одесских футболистов, а также я и Сергей Родионов, наши плеймейкеры до поры до времени старались не влезать. В эти минуты мне и Родионову приходилось максимально сложно, так как защитники соперника навязали нам такую силовую борьбу, что мне тут же вспомнилось японское боевое искусство — дзюдо.

— Японский городовой, — прорычал я, когда меня один из игроков «Черноморца», чуть-чуть не бросил через бедро.