Я взял бумагу, где аккуратным почерком было написано всё то же самое, что сказал Перун. Только более витиевато и в какой-то мере… торжественно, что ли? И да, почерк Спицына я узнал сразу, как и заметил в написанных словах будто бы вложенную радость от такого события. Ну да, они же хотели меня завербовать, а тут я сам к ним иду.
— Что ж… Пойду собирать вещи и готовиться.
Это определенно будет интересно. Взглянуть на Магистра, о котором я слышал от разных людей, но ещё не видел в живую.
Каким человеком он окажется?
Глава 7
Москва встретила меня промозглым ветром, снегом и одновременно дождём. Погода была столь отвратительна, что на миг захотелось вернутся в Хафнир, там царило лето и было хорошо. Но дело само себя не сделает, а встречу не перенести. Сам же стал её инициатором и настоял.
Квадроплан без опознавательных знаков приземлился на одной из военных баз в черте города. А следом, без остановок, Спицын и Арсенал, мои провожатые, повели меня в сторону вертолёта.
— Сама встреча будет не в Москве, — понял я, следуя за ними.
— Разумеется, — кивнул Евгений Евгеньевич, одет он был как обычно в идеально выглаженный костюм с накинутым на плечи темным пальто.
— Не бзди, Костя, — улыбался Арсенал, вышагивая рядом со мной. — Это меры предосторожности, тебе ещё и глаза придётся завязать.
Я вскинул бровь, ожидая, что Спицын скажет, будто в этом нет нужды, но нет, он промолчал. А когда мы погрузились на борт вертолета с молчаливым пилотом и двумя мужчина в тёмной униформе, мне и правда завязали глаза.
— Рома, ты же знаешь, что это бесполезно, так зачем?
— Протокол, дружище, протокол, — вздохнул он. — И ты хотя бы сделай вид, что артефакт на тебе работает, а то как-то некрасиво даже.
Повязка и правда была артефактом, полностью закрывающим зрение темнотой, а ещё приглушала звуки. На мне это не сильно работало, я видел сквозь плотную ткань, а звуки и подавно слышал. Но спорить не стал, раз так нужно, то пусть.
Летели мы довольно долго, почти час, и это на вертолёте. Посадку я почувствовал отчётливо, Спицын рядом со мной, до этого сохранявший абсолютное спокойствие, встрепенулся.
Дверь распахнулась, меня вывели под руку, и сняли повязку. Я проморгался, и огляделся по сторонам.
Вокруг был лес, густой, зимний. Снег лежал тяжелым сугробами, белоснежным полотном устилая землю.
Я ожидал, что меня доставят в какое-нибудь поместье или особняк, где жил Магистр. Или на базу Ордена, хотелось бы увидеть, что она из себя представляет. Но реальность оказалась другой.
На вырубленной от деревьев поляне стоял одинокий дом, банальный сруб, как в старину. Видно было, что от времени крышу повело, ставни были закрыты, а крыльцо и вовсе разбито, требуя ремонта. Из общей картины выбивались лишь больше двух десятков очагов внимания по всему окружению. За мной наблюдали со всех сторон, и лишь благодаря Пути Разума можно было заметить, где именно рыцари Ордена заняли позиции под невидимостью.