Я чуть помедлил, подождал, когда девушка растворится в суматохе, и поспешил назад. К тому дому, откуда предположительно стрелял снайпер. Солдаты уже оцепили его и соседние строения. Несколько человек обшаривали квартиры, пока до чердака доберутся, времени еще немало пройдет. Они думают, что стреляли из окна.
В доме один подъезд. Я шмыгнул туда, пытаясь проскочить мимо оцепления. Дорогу преградил фельдфебель вскинув на меня карабин:
— Ауфштейн!
Я скрипнул зубами. Башку бы тебе свернуть, но в поле видимости шныряют фрицы. Как же мне пройти сквозь тебя, погань фашистская? Огляделся. Мысли в голове пронеслись со скоростью звука. Придумал!
Глава 21
— Герр офицер, меня ранили! — проблеял я безобидным козликом, выставив вперед окровавленную руку. — Мне срочно нужно домой. Я живу в этом доме. Прошу вас! Пропустите!
Фриц презрительно сплюнул и пропустил меня. Никто не станет подозревать раненного в том, что он и есть снайпер. Натуральный видок терпилы сыграл мне на руку.
Приволакивая ногу, будто мне совсем невмоготу, я проковылял в подъезд. Наверху слышен грохот и лающие крики. Фашисты наводят шмон в квартирах. Мимо меня пронеслись еще двое с карабинами напревес. Я вжался в закуток лестничной площадки, пропуская их.
После выскочил из укрытия и поспешил наверх на чердак. То, что стреляли именно оттуда, я не сомневался. Вероятность, что огонь велся из конспиративной квартиры (а их в Пскове уже, скорее всего было не мало с самого начала оккупации) крайне низкая. Квартира тогда засвечена будет.
Вот и последний этаж и лаз на чердак. Под ним металлическая лестница. Лаз караулит рядовой с карабином. В черный проем один не решился лезть, ждет подкрепления.
— Хальт! — фриц взял меня на мушку.
Вот, бл*ть! Да сколько же вас?
— Я здесь живу, я ранен, — снова завыл я, прикидывая, на какую дверь ткнуть мне пальцем, чтобы выдать за свою хату.
Блажил намеренно громко, чтобы слышно было даже на чердаке. Сработало. В проеме лаза показалось девичье лицо. Сердце мое ёкнуло. Стараясь не смотреть наверх, чтобы не привлекать внимания, я увидел ее лишь краем глаза, но сразу узнал это родное мне лицо. Наташа…
Услышав, что фашист отвлекся на воющего человека, она осторожно выглянула вниз и тут же спряталась. Все-таки она еще здесь! Какого черта она не покинула позицию? Возможно, просто не успела. От момента выстрела, до того, как здесь нарисовались ближайшие фрицы, прошло буквально пол минуты. Скорее всего, они загнали ее обратно наверх.
— Вот мой дом! — подскочил я к одной из дверей на площадке и отчаянно забарабанил кулаком. — Вера! Открой! Это я! Вера!