— Эта та самая беглянка, что изуродовала лицо Барона?

— Тебе какая разница, кислотник? — моджахед с презрением плюнул под ноги наркоману. — Проходи куда шел…

— А вы можете отдать ее нам? — вмешался второй кислотник. — Мы сами доставим ее Барону.

— Это с кого хера? — возмутился моджахед.

— А с такого, — крикнул кислотник и, выхватив неизвестно откуда нож, вонзил его прямо в горло моджахеду.

Тот захрипел и, выпучив глаза, нажал на спусковой крючок. Длинная очередь прошила насквозь кислотника и звякнула по близстоящим машинам.

Второй кислотник кинулся на алкаша и вцепился корявыми пальцами прямо ему в глаза. Тот выстрелил, но ствол автомата ушел вбок. Кислотник навалился на оружие всем телом, вгрызаясь в глаза жнеца. Жнец заорал и, выпустив автомат, вцепился в горло наркоману, пытаясь оторвать его от себя. Но было поздно, тот уже выдавил корявыми пальцами глаза. Вместе они повалились на землю. Жнец выхватил висящий на поясе нож и несколько раз вонзил его в спину наркомана. Он орал и кромсал кислотника. Но тот, будто одержимый, рвал лицо врага ногтями. Под кайфом он не чувствовал боли. Лишь когда нож погрузился в его тело не один десяток раз, кислотник обмяк и отвалился в сторону, будто напившийся крови клещ. Он несколько раз дернулся и затих. Алые ручейки тонкими струйками вытекали из многочисленных ран, унося остатки жизни из кислотника. Он шевелил губами, будто силился что-то сказать и улыбался. Он умирал, так и не почувствовав боли. С блаженной улыбкой на лице. Лилия встала на ноги и подошла к наркоману.

— Сто доз… — пробормотал он и испустил дух.

Ослепленный жнец перестал орать, чуть подвывая, он поднялся на ноги. В его окровавленной руке был зажат нож. Он тыкал им по сторонам и стонал:

— Не подходи, убью сука!

— Я не причиню тебе вреда, — спокойно сказала Лилия. — Здесь больше нет никого. Только ты и я. Все погибли. Освободи мне руки и я помогу тебе добраться до бункера. Один ты не дойдешь, любой, даже самый гнилой и медлительный зомби без труда догонит тебя и сожрет.

— Ты меня обманешь, сука! — истерил жнец. — Если я тебя освобожу, ты меня бросишь и сбежишь.

— Нет, обещаю. Я отведу тебя до площади, а дальше ты просто пойдешь вперед. Тебя увидит снайпер и тебе помогут.

— Почему я должен тебе верить⁈

— Потому что мне тебя жаль… Тебе вырвали глаза, ты будешь влачить жалкое существование. Возможно, жнецы даже не примут обратно в свои ряды калеку. Но попытаться стоит. Успокойся. Я тебя провожу. Разрежь путы на моих руках и возьми меня за руку.

— Скажи мне, где лежит автомат? — взвизгнул жнец.