Жнецы оживленного галдя погрузились в фургон. Я забрался предпоследним, последним был Кастет. Он напоследок внимательно оглядел шоссе, вглядываясь в черноту.
Я хотел было предложить ему припарковаться подальше в лесу, но в последний момент передумал. Пусть КамАЗ будет видно. Может на нас нападет огромная стая и всех убьет. Хотя мне умирать неохота. Меня Лилия ждет. Я представил ее красивое и лицо с немного заостренными волевыми чертами, и на душе стало теплее. Нельзя мне подыхать. Кто-то же должен ее оттуда вытащить. Черт! Дернуло же нас обратиться к Барону. Все из-за этого бреда с вакциной. Быть может она уже никому не нужна. Пока мы будем ломать голову, как ее сделать, людей почти не останется. Но одно хорошо. Теперь у меня есть «свой» профессор-биотехнолог. Если вызволить Лилию, старикан наверняка придумает, как сделать из ее крови вакцину. Но пока даже ему я не говорил наш с Лилией секрет. Профессор, конечно, мужик правильный, но кто знает, как он себя поведет, когда его тряхнут жнецы. Вдруг сдаст нас с потрохами?
После короткого перекуса консервами легли спать. На пол постелили туристические карематы и спальники. Трое худых уместились на лавках. Я не относился к числу задохликов, и мне пришлось укладываться на полу. Бок о бок с врагами.
Не спал лишь один часовой. Он сидел в кабине на водительском месте и крутил головой по сторонам, готовый в любой момент завести машину и выехать на шоссе.
— Теперь я понял почему жнецы не спрятали броневик в лесу. Они делали ставку не на скрытность, а на прочность брони и мощь авто. При любой опасности они смогут уехать. А если враг будет не слишком силен, то смогут принять бой.
Но в этот раз жнецы ошиблись. Никогда нельзя недооценивать врага. Даже если этот враг слабее тебя. То что случилось этой ночью послужило им уроком…
Я уже почти уснул под мерный храп профессора, как вдруг почувствовал запах гари. Открыл глаза и увидел, как красные отблески пробиваются сквозь забрала зарешеченных окон.
— Подъем! — заорал я.
Глава 22
Я вскочил и принялся расталкивать спящих жнецов. Твою ж мать, нас подожгли! Часовой храпел в кабине. Через переход из фургона виднелся его силуэт, со свесившейся на грудь головой. От моего крика он вздрогнул и тоже вскочил, бухнувшись головой о потолок кабины.
Первым пришел в себя Кастет. Он схватил автомат и заорал на часового:
— Заводи машину, ублюдок, ты все проспал!
Перепуганный часовой повернул ключ в зажигании, двигатель чихнул и завелся. Водитель надавил на газ и машина резко рванула вперед. Но тут же качнулась, чуть не опрокинувшись. Под колесами послышался треск, будто они пытались перемолоть бревна.