— Ты как? — спросил он, нахмурившись и осматривая раны на моей груди и плече. — Я думал, ты в нас стрелять собрался. Вовремя ты этих тварей заметил. Спасибо…

— А хрена ли толку? — скривился я. — Сам я все равно погиб… Похорони меня в земле, по-человечески… Не бросай.

Кастет кивнул:

— Не буду тебя успокаивать, ты солдат, ты сам все знаешь… Раны у тебя большие, инфекция проникла обширно. Ты скоро обернешься…

— У меня одна просьбы, — я сглотнул пересохшим горлом. — Не стреляй в меня, пока я не обернусь. Я хочу прожить остаток жизни до последней секунды.

— Хорошо, — кивнул Кастет и перезарядил автомат. — А где профессор?

Я приподнялся на локте и огляделся. Зиновьева нигде не было. Сердце немного успокоилось и дыхание мое восстановилось. Нестерпимо хотелось пить. Я встал и достал из рюкзака потертую железную фляжку и почти залпом ее опустошил.

— Ого! — брови Кастета поползли вверх. — Сказал бы, я бы тебе подал воды. Как ты еще ходишь? В первый раз такое вижу, чтобы укушенные могли ходить.

— А с этим что? — я кивнул на последнего оставшегося в живых жнеца.

Тот лежал на траве и тихо постанывал.

— Его тоже укусили бегуны, — ответил Кастет. — Он сам не заметил, как это произошло. Только сейчас отходняки начались.

— Кастет! — простонал раненый. — Убей меня! Слышишь! Эта тварь укусила меня аж три раза! Я не хочу стать одним из них. Пристрели меня!

— Успокойся, друг! — Кастет подошел к раненному и подал ему фляжку с водой. — На попей…

Тот жадно припал к узкой горловине и хлебал, проливая половину воды себе на грудь.

— Полежи пока, — успокаивал его Кастет. — Умереть всегда успеешь.

— Нет, — мотал тот головой. — Убей меня прямо сейчас! Ты должен. Ты, как командир должен. Или ты хочешь, чтобы я обернулся и напал на тебя? Тогда я сожру тебя и буду прав. Потому что ты не выполнил мою последнюю просьбу!

— Я выполню ее, друг! Тише. Но мне нелегко это сделать. Мы столько лет с тобой вместе. Я не могу так поступить с другом, но я это сделаю. Ради тебя. Ради себя…

— Спасибо, Кастет, — раненный расплылся в улыбке. — Я знал, что ты настоящий друг. Возьми мой пистолет. Я хочу умереть от пули своего «Вальтера». Ты же знаешь, сколько для меня он значил… Теперь он твой. Будешь смотреть на него и вспоминать меня. Давай. Мне пора…

Кастет взял из руки раненного компактный «Р99», снял с предохранителя и передернул затвор. От этих звуков раненный вздрогнул и закрыл глаза.

Кастет направил ствол на голову друга и пробормотал:

— Ты готов?

— Да… — еле слышно ответил тот.

— Давай тогда на счет три, — шмыгнул носом Кастет. — Раз…