— Все друзья… Все наши дела в этих краях окончены… Больше мы сюда не вернемся… А потому, предлагаю всем дружно выпить за это! И да благоволит нам Беренберг на нашем новом пути.

— Воистину так! — воскликнули скитальцы.

Флориус развернулся в сторону служанки, стоящей за стойкой, и торжественным голосом проговорил — наливай, дорогая! Служанка стала разносить подносы с выпивкой к каждому столику, за которым сидели скитальцы. Выпивка текла ручьем, скитальцы неутомно пили и пили, словно нажираясь в последний раз. Флориус, Дориан, и Баринхард уселись за один пустой столик, и тоже стали пить.

— Ох, нам желательно не перебирать с выпивкой… Мало ли, что может случится — проговорил пока еще трезвый Баринхард, а затем сделал глоток из кубка.

— Брось Баринхард, когда еще такое будет! Воспользуйся своей возможностью, и пей друг, пей — как не пил никогда! — радостно проговорил Флориус.

— Ха-ха! — воскликнул Дориан — боюсь признавать, но он прав… Ты посмотри, сколько вокруг веселья…

— Ну ладно-ладно… — проговорил Баринхард — только давайте не нажираться в свинину, ладно? А то боюсь ты даже потом на лошадь залезть не сможешь…

— Насчет этого не переживай… Эти остолопы нас еще не скоро найдут! Эта деревня стоит у черта на куличиках — проговорил Флориус.

— Ну… Вздрогнули! — проговорил Дориан подняв кубок. Попойка была как раз в самом разгаре, некоторые скитальцы уже стали валиться с ног, от количества алкоголя, но других это нисколько не останавливало. Увы, Баринхард не сумел устоять перед соблазном водки, и ужрался, как он сам сказал, в свинину. Наконец скитальцы были до того пьяны, что решили станцевать. Они встали со своих столиков, и принялись танцевать, кто как умел. Баринхард, нужно признать, делал это с максимальной упорностью. Он двигался в разные стороны, иногда сваливаясь с ног, а его верные собутыльники то и делали, что его поднимали. В конце концов, все это продлилось недолго, они свалились на пол, и продрыхли так до самого утра. Остальные скитальцы недалеко от них ушли, но кому-то правда даже удалось дойти до своей хаты, напротив постоялого двора. Наступило утро, пьяницам пришла пора просыпаться.

— Ох… Мои бедные кости… — проговорил Баринхард, лежа на полу, и скрутившись клубком. Дориан и Флориус находились в шаге от него. Они вскоре тоже проснулись.

— Мать… Как же херово… — проговорил Дориан.

— Все живы? — добавил Флориус.

— Если так можно сказать… Ну вставайте уже, забулдыги… — Баринхарду удалось быстрее всех встать на ноги. Вслед встали и остальные.

— Хм, да… Было весело… — усталым голосом проговорил Флориус.