— Так, и как мы попадем внутрь? — нахмурился Баринхард.

— Видишь эти чаши? По всей видимости они здесь непросто так.

— Ты прав… Как там говорил Бленхард? В храм может войти лишь тот, кто посвятил свою жизнь охоте на чудовищ?

— Именно так…

— Следовательно… Чтобы попасть внутрь храма, мы должны принести жертву Богу этого храма, наполнив чаши кровью.

— Что-ж… Не будем медлить… Нож все еще при тебе?

— Конечно… — Баринхард достал из под балахона нож, а затем передал его в руки Флориусу. Тот ловко схватил нож, затем выставил левую руку, и принялся делать на ней надрез.

— Только осторожно… Ты же не хочешь все здесь забрызгать своей кровищей.

Флориус ухмыльнулся, а затем подставил левую руку к церемониальной чаше, и наполнил ее кровью. Спустя какое-то время кровь в чаше заискрилась.

— Теперь твоя очередь… — сказал Флориус, передав нож в руки Баринхарда. Тот повторил ранее совершенный Флориусом ритуал. Наконец, начало что-то происходить. Обе статуи, в виде волков, начали двигаться, их глаза заискрились ярко синим цветом. Наконец, врата храма стали отворяться. Великий охотник, один из трех избавителей, разрешил скитальцам войти внутрь.

— Ну, стало быть идем — сказал Флориус. Баринхард промолчал, а затем оба скитальца вошло внутрь. Внутри храм был еще помпезнее, чем снаружи. Вдали виднелся шум водопада, пол был сделан из каменных плит, а по бокам лунного зала находились те же статуи волков, что и снаружи.

— Хм, впечатляет… — с неким восторгом промолвил Флориус.

— Да… И куда нам теперь идти?

— Не знаю… Бленхард путеводителя не вручил, так что придется нам как-нибудь самим разбираться… Скитальцы решили идти прямо. Пройдя немного дальше, звук водопада стал слышен более отчетливо. Рядом с водопадом находился проход.

— Красота… — сказал Баринхард.

— Да, не то слово… Ну пошли, время не ждет. Скитальцы вошли в проход, и оказались в коридоре, освещенном факелами. Пройдя через него, они оказались в другом зале, который звался «Залом пробуждения» однако были они там не одни… Войдя в этот зал, они увидели несколько охотников, один из них был тощий, и бледный, а другой поросший черной бородой. По всей видимости эти два увальня защищали зал. Однако затем решили выпить водки.

— Ох, ниче так… — говорил охотник с черной бородой — ну и как, засадил ты той девке?

— Да не, не предвиделось… Да и так между нами, больно то хотелось… Ты бы ее видел, страшилище невероятное!

— Ясно-ясно…

— Слышь, а это кто? — проговорил бледный охотник, глядя на скитальцев.

— В душе не чаю, брат… — тогда бородатый охотник повысил голос — слышьте вы… Вы че тут забыли? А ну слиняли отсюда! Не то… — заикнулся охотник — не то, как вломлю…