ел… Нашла еще посуду и налила из початой банки. — Не до того было. — И мне не до того, — улыбнулась я и протянула Радомиру кружку и свежий помидор на закуску. Вспомнила про Химичка, сняла его с шеи, выдала кусочек плода в маленькие лапки и посадила звереныша Лизе на плечо. А Радомир встрепенулся, подозвал собаку и тревожно предупредил: — Отлучимся с Мецтли ненадолго. Запру на ключ. Залпом осушил кружку, накинул кожаную куртку с кучей заклепок и молниями на каждом кармане и развернулся к двери, но внезапно замер. Потер щеки, почесал шею. Крутанулся на месте, оказавшись ко мне лицом, и полез руками под свитер. Я с ужасом проглотила томатный сок — бессонная ночь перетекла в нескончаемое сумеречное безумство. Радомир: погреб День не задался с самого утра. Точнее, из-за бессонной ночи казалось, что темнота перетекла в сумеречное нескончаемое безумство. Низкие тучи подтверждали мои мысли, посыпая волосы гадкими крупинками. Я запрыгнул на Harley, спрятал голову в шлем и резко отпустил сцепление. Мотоцикл затрясся и заревел, но быстро помчался по шоссе. Обогнать девчонку! Снова я несся вслед за девичьим безрассудством навстречу ветру. В крови закипал азарт. А впереди мерещились смешливые синие глаза, будто Алиса следила за мной через заднее стекло такси. На одном из поворотов я вырвался вперед, но навигатор провел меня вокруг района, заставил заехать во двор с другой стороны. И я чудом успел опередить ушлого таксиста. Предложил оставить нетрезвого вампира на улице. Этот Руслан угрожал Северине, именно он советовал мне держаться от нее подальше. Он же по словам Максима Андреевича подчинил Алису. Может, он и на меня как-то повлиял своей особой ментальной силой, тогда, при стычке в пабе? Оттого я напал на женщину, которую желал сильнее всего на свете? Глупо пускать его в погреб. Но Алиса настаивала, вдохнула, будто собиралась нырять на глубину и посмотрела на Руслана по-особому. До зубного скрежета захотелось, чтобы она так смотрела на меня. Внутри зашевелилось неприятное пыльное облако. Когда в петербургском переулке меня покусал бухгальер, то явно заразил излишней эмоциональностью, коей я прежде не обладал. Пожалуй, именно укус того чудища пробудил то живое, что пряталось глубоко внутри с далекого детства, но лишало красок жизни в сознательный период. С самой первой встречи с синеглазой девчонкой мне хотелось уберечь ее от любых невзгод. А теперь приспичило, чтобы она увидела во мне это желание. Для чего? Я навру себе в поисках ответа, поэтому лучше отложу вопрос до