шею, чтобы не дергалась. — Вызову, пожалуй, еще несколько служб, — для чего-то сообщила Лиза и сжалась в стороне. Видимо, чтобы не огрести за компанию. Нет бы и позвонила втихаря, и помогла физически! У Белоусовой в руке блеснул изогнутый нож, она подскочила сзади. Прохладное лезвие прижалось к моей шее с другого бока. — С ума сошла?! — завопила я в отчаянии. — Хватит! Несмешно! — А я и не шучу, — опасно пропела она. — Я давно заметила, что ты со странностями. Теперь вижу наверняка. Если бы не мы с бухгальером, ты бы убила девчонку прямо посреди улицы. — Чего?! — голос сорвался на хрип, пес прикусил сильнее. Ох ты ж, Лешкин кот! Совсем, что ли, у нее крыша поехала? — Пусти! Ты в лаборатории нанюхалась или напробовалась? Я тоже за тобой замечала! — перевела я стрелки, будто в моем положении это могло как-то помочь. Впрочем, сумасшедшая однокурсница медлила, хотела бы покалечить — сделала бы быстро и пошла домой. — Заканчивай вопить. Я бы убила тебя на месте, но мне нужна рыбка покрупнее, — озвучила Белоусова. — Съезди к морю? — пискнула я. На долгий миг она обалдела и ослабила напор. Милый песик вопросительно покосился на хозяйку. Белоусова тряхнула головой, конец высокого белокурого хвоста хлестнул ее по щеке. На груди звякнул о металлические клепки знакомый кулон на толстой серебряной цепочке. А нож уперся в мою нежную шею с прежней силой. — Твое украшение, — промямлила я и попыталась дотронуться рукой до желтого перламутрового камня. Белоусова пресекла мое телодвижение и гаденько усмехнулась. — Кто тебя обратил? — вкрадчиво поинтересовалась она. — Ик, — выдала я, от чего кожу одновременно покарябали и сталь, и зубы. — Напомни тему своей диссертации? — Я все же подозревала психотропные вещества. — «Биоактивные консерванты в заменителях крови», — на автомате выдала она, ведь никогда не упускала возможности похвастаться своим блестящим интеллектом. Краем глаза я заметила промелькнувшую тень, а в следующее мгновение Белоусова подскочила и пошатнулась. Нож зазвенел, ударившись о чугунную ножку лавки, где лежала пострадавшая. О ней-то мы позабыли! — Элис? — взвизгнула Лиза. — Фу! Фу, хорошая собачка. Отойди, пожалуйста! Пес не пошевелился. А Белоусова и не подумала отступать надолго. Она вынула из высокого голенища маленький метательный ножик и пригрозила: — Слюна бухгальера не убьет тебя, но сильно ослабит. Я слежу за тобой, Элис. А ты, — обратилась она к Лизе. — Беги, пока не сожрали! А если надеешься стать такой же — не мечтай о романтичном путешествии в бессмертие.