И разверзлась геенна по воле голубоглазого старца с горящим фанатичным взором, что смиренно припал к земле, моля Создателя о помощи. Только так! Именно так! Святой! Воистину святой он — отец Флатис!

Седой священник трясся как в припадке и не видел ужаса на лицах собравшихся. Не слышал дикого крика перепуганных детей и женщин, равно как и глухих ругательств мужчин. Отца Флатиса била крупная дрожь, покрывшееся глубокими ссадинами лицо билось о землю, скрипели плотно сжатые зубы. Ничто не дается даром. Ему потребовалось приложить неимоверные усилия, чтобы собрать всю имеющуюся поблизости магическую энергию из остатков невидимого обычному взору смерча и каждую искорку из воздуха докуда смог дотянуться.

На том берегу, по ту сторону раскаленной жижи испускающий дым и пар, слышались вопли чудом уцелевших темных гоблинов. Крики удалялись. Шурды в ужасе бежали прочь. Вся их храбрость бесследно исчезла, сгорела в огненном кошмаре представшем их гноящимся глазам. Трясущиеся шурды спасали свои шкуры, что есть силы убегая прочь, прочь из этого гиблого места.

С протяжным стоном рухнул в провал величавый дуб с пылающей кроной, обрушился почерневший край обрыва. И старый священник наконец-то затих, с хрипом загоняя в грудь воздух и медленно высвобождая обожженные покрасневшие пальцы из дымящейся земли. Он глухо закашлялся, попытался приподняться, но вновь рухнул наземь, всем телом ощущая как бьется в его заплечном мешке запечатанный в шкатулке костяной кинжал, жадно впитывающий в себя витающую в воздухе жизненную силу исторгнутую умершими жестокой смертью шурдами и сгоревшей нежитью. В седой голове покрытой серым пеплом раздался вкрадчивый бестелесный голос:

«Я дам тебе силу… я верну тебе молодость…»

— Создатель Милостивый и Милосердный, даруй мне стойкость духа — невнятно забормотал отец Флатис — Помоги укрепить дух.

Звучащий в его голове вкрадчивый голос яростно зашипел и затих, а затем старый священник всем своим нутром почувствовал удар темной магии, направленный прямо в его мозг. Удар подобный когтистой лапе неведомой твари жадно схватившей самое сокровенное и оберегаемое. Разбитому костяному кинжалу напитавшемуся жизненной силой умерших хватило мощи чтобы на мгновение пробить барьер и его голос вновь зазвучал в голове священника:

«Я верну ее тебе. Ту, что умерла. Ту, что ты сжег своим огнем. Ту, что ты любил больше жизни. Я верну ее. Я верну тебе Лилис! Обещаю».

Вскрикнув словно от удара острым кинжалом, отец Флатис схватился за голову и закричал:

— Изыди! Изыди! Именем Создателя заклинаю! Изыди! Отче наш! Лишь пред тобой преклоняюсь я! Снизойди до раба своего, успокой его мятущийся разум!