— Ваша воля будет исполнена, отец Тарис!

— Хорошо. А пока полюбуемся за их корчами…

Свист и гул раздираемого воздуха заставил жителей вскинуть головы вверх. Многие увидели как нечто непонятное упало за домами, тяжело рухнув на улицу. Упавший ком от удара сплющило в лепешку, часть кома расплескало по сторонам, в воздухе поплыл запах сырого мяса смешанного с горьким дымом.

Оказавшегося рядом с упавшим снарядом человека буквально вывернуло наизнанку — настолько сильным был запах. Да и зрелище не из приятных — на промерзшей земле лежал пласт сырого мяса перемешанного с кусками явно человечьей кожи, сломанными костьми и обрывками шкур животных. Повсюду брызги загустевшей крови начинающей уже замерзать.

— Во имя Создателя Милосердного! Что это? — прохрипел несчастный, зажимая рот обеими ладонями — Что это⁈

Будто услышав его слова, мясо шевельнулось. По толстому пласту прошла судорога, затрепыхались волоконца розового мяса, задергались жгуты разорванных вен и сухожилий, выдавливая из себя капли крови. По мертвому мясу пошли бугры, края лепешки начали заворачиваться внутрь. Всего несколько мгновений и перед ошарашенным, перепуганным воином появился слепленный из мяса чудовищный шар, высотой взрослому человеку по грудь. Шар точь в точь такой, какой детишки скатывают из влажного снега, когда хотят слепить снежную бабу больших размеров. Вот только этот шар был слеплен не из снега, а из все еще кровоточащего мяса. Человечьего мяса, если судить по редким обрывкам одежды.

С мерзким хрустом пробиваемой плоти из шара вылезли кости, образовав собой нечто вроде шипов, а кое-где и целые шеренги зубов. Шар мягко дернулся, катнулся назад, прокрутился сам собой, а затем резко покатился вперед с немыслимой для куска мертвой плоти скоростью. Один миг и он врезался в застывшего от ужаса человека. Костяные шипы впились в его тело, мясной ком неумолимо двигался вперед, подминая под себя первую жертву. Чавкнуло, приглушенный крик человека впечатанного в мертвую плоть резко оборвался. Его дергающееся тело исчезло под чудовищной массой кома. А когда страшное создание перекатилось, на земле не осталось даже следа от человека, лишь виднелась быстро исчезающая в общей плоти нога, обутая в меховой сапог. Уродливый «пирог» Тариса в буквальном смысле слова поглотил свою жертву, сделав ее частью себя и немного увеличившись в размерах. Поглотил не только плоть, но и жизненную энергию, подпитывая себя силами и добавляя скорости. Боль пожираемой заживо жертвы была любимым лакомством этого чудища.

С хрустом перекатываясь по замерзшей земле и собирая на себя снег, мясной ком крутнулся на месте, словно принюхиваясь, а затем резво покатился вперед, с грохотом врезавшись в дощатый забор и шутя, проломив его. Оставляющий за собой слизистый след и глубокие борозды от костяных шипов, шар исчез в проломе, через секунду со двора послышался перепуганный детский визг, оборвавшийся на самой высокой ноте. Взамен него послышался довольный утробный гул.