Мы же через этот сад шли степенно и нарочито неторопливо, точно соблюдая скорость потока приходящих. При всём этом лицо Арии приобрело выражение одухотворённо восхищённое, и, кажется, она была искренна.

Наконец, спустя вечность, мы дошли до непосредственного входа. Ворота, через которые можно было проехать на слоне, повеселили. Они вывели нас в некий зал, где тусовались порядка трёх или четырёх десятков одарённых. Ино принялась со всеми здороваться и обмениваться какими-то короткими фразами, заодно представляя им Арию. Меня игнорировали, причём, все. Что важно, пёстрая публика в двух случаях из трёх имела родовую символику, выполненную из золота. Здесь прямо цвет нации собрался, лучшие люди королевства.

У меня, правда, возникал вопрос: а если мы так спешили, то какого хрена сейчас тратим время на эти расшаркивания? Но задавать я его не торопился, потому что знал ответ.

Наконец, наверное, когда поздоровались персонально со всей собравшейся толпой, мы подошли к ещё одним слонячим дверям. Два истукана у входа потянули створки, чтобы мы могли пройти. Переход между залами, короткий широкий коридор, где, кто бы мог подумать, нам снова встретились одарённые. Правда, здесь их было всего с десяток, поэтому процедура приветствий не затянулась.

«Я тоже мечтаю намотать кишки этих уродов на их толстые шеи и повязать бантиками» — внезапно раздался голос демона. Ну что же, иногда мы с ней были солидарны, разве что шеи одарённых не были толстыми.

Наконец мы дошли до стоявшего у следующих дверей нахохлившегося павлина. Мужчина, имел такой вид, будто делает нам великое одолжение только тем, что вообще обращает на нас внимание, при этом родовой герб на его одежде отсутствовал вовсе.

— Минакуро Ария с братом, — произнесла Ино, также имея максимально гордый вид.

Павлин приоткрыл дверь, благодаря чему мы услышали гомон множества голосов, и просунул туда голову на несколько секунд. Вскоре шум голосов прервался. Не скажу, что стало совсем тихо, но разговоры замолкли.

— Прошу, — павлин приоткрыл дверь, пропуская нас внутрь.

Я вошёл в самый огромный и торжественный зал, какой видел за две жизни. Вживую. На картинках видел и побольше, но вживую — этот самый большой. И от этого ситуация становится ещё ироничнее, потому что чаще всего торжественные залы я видел в банановых республиках, где самопровозглашённые царьки и корольки пыжились придать торжественности и светлости своему лику. Можно считать это профессиональной деформацией, но чем пышнее и помпезнее церемониал, устроенный правителем, тем меньше уважения он вызывает в моих глазах.