Всё это время Серсея внимательно наблюдала за моей реакцией, успев, наверное, заметить и вспышку злости, и мои сомнения.
— У меня есть время подумать?
— Конечно, — кивнул Эрик, — но сильно тянуть не советую.
— Спасибо, сир Эрик, — я поднялся с койки и начал одеваться.
— Не волнуйся, Като, — попыталась ободрить меня старейшина. — Что бы ни случилось, ты навсегда член рода Минакуро.
Очень хочется верить, что это всё не подстава, не постановка. Что ситуация на самом деле серьёзная и эти люди хотят мне помочь. Но после всего, что было раньше, с доверием у меня сильные проблемы.
— Спасибо вам, мессира. Большое спасибо. Можно я прогуляюсь?
— Да, конечно, можешь. Лейс проводит тебя до улицы.
Карлик, ждавший у входа, что-то неразборчиво проворчал, тем не менее кивнул:
— Следуй… те за мной, сир.
Глава 6
— Эмоция и мысль — фундамент магии, — повторял наставник, Ирука Минакуро.
Он часто повторял эти слова. В магической теории это было нечто сродни «жи-ши пиши с буквой и». Мы практиковали базовую магию, основу, вызов энергии эфира в наш мир. Мне приходилось заниматься с учениками младших лет, так как я нагонял программу сверстников.
Самым сложным оказалось пробить психологический барьер. Одарённые рождались со способностью манипулировать энергией. Маленькие дети начинали создавать спонтанные выбросы, и к моему возрасту магия была для них естественной частью жизни. Правда, это касалось только тех, у кого хватало сил на заклинания, но всё же. А я до недавнего времени подобной силы не имел. И пусть мне все вокруг говорят, что до ритуала в храме я уже был одарённым, я в это не верю. Разве что весь свой дар я использовал на физическое усиление, по причине того же психологического барьера.
Практикуясь и используя различные тренировки, накопленные Минакуро, барьер я пробил. К тому же побывав под контролем твари из-за грани, я подсознательно помнил, как моё тело использовало магию. Первая проблема решилась.
Всплыла вторая. Стоило мне начать обращаться к эфиру, как тут же приходилшёпот . И это уже был вызов моему самоконтролю и самодисциплине. Одновременно сосредотачиваться на создании заклинания, пусть самого простого, и при этом выстраивать мысленные барьеры от голосов с той стороны — это невероятно выматывало. Могу собой гордиться, когда в первый раз создал учебное заклинание — заставил листок бумаги сжаться под действием силы эфира, Ирука меня похвалил. Очень серьёзно похвалил. В конце занятия, когда остальных учеников распустили, он попросил меня задержаться.
— Видишь ли, посвящённые не творят заклинание. Они просто формулируют своё желание, и шёпот Мёртвого Бога делает всё за посвящённого. Поэтому простые заклинания даются им очень легко, вообще без видимых усилий. Но этот же шёпот является их слабостью. Для действительно сложной многоуровневой магии такой метод не подходит. Одарённые постоянно тренируются, с самого начала обучаясь формулировать конструкции, возрастающие по сложности, комбинируя и отрабатывая различные приёмы и связки. Посвящённым до определённого момента вообще нет необходимости тренировать свой разум. А затем перед ними встаёт вопрос — как создать сложно заклинание. Приходится долго и мучительно перестраиваться, сначала поочерёдно тренируясь вызывать различные элементы заклинания, по отдельности создавая их при помощи воли твари. После чего ещё учиться составлять эти элементы воедино. На выходе получается уродливый конструкт, не выдерживающий сравнения с нашей магией.