Правая рука толкает порох ему в лицо. Пламя. Вспышка. И истошный крик боли. Очередная воздушная волна едва не разрезает меня пополам, как минимум ощущения от вложенной в неё силы именно такие. Но Серж успевает что-то сделать, и заклинание уходит в сторону.

А я подхватываю нож правой рукой и вгоняю его между рёбер, а затем обильно вливаю свою силу в пламя, пожирающее голову Боярского. Пара секунд сопротивления, и магия подводит его. Одарённый вспыхивает. Несколько секунд и в голове раздаётся сладкий смех демона, наслаждающегося смертью.

Я падаю на спину, делая, наконец, жадный глубокий вдох. Несколько секунд мы просто лежим, но удовлетворения победа не приносит. Эту смерть нам не простят, и это хорошо понимаем и я, и Серж.

— Эй! Ты там живой? — спрашиваю у соучастника убийства.

— Да, — вяло отзывается он.

— Если будут спрашивать — вали всё на меня, — предлагаю я. — Мне не в первый раз.

Несколько секунд лежим в тишине. Я даже всерьёз подумываю над тем, чтобы сейчас свалить вместе с наёмниками. Потому что какого чёрта? Почему я шага не могу вступить, чтобы не вляпаться в очередное дерьмо?

— Нет. Это была моя инициатива. И мне нести ответственность.

Я даже поднимаю голову от неожиданности.

— Что за неуместное благородство? Вали всё на меня и расслабься.

— Но это же его вина? — подала голос Соня. — Это же он всё затеял.

Мы Сержем почти синхронно вздохнули.

— Потому что хорошие дела всегда наказываются, Сонечка, — ответил я. — Такова жизнь.

Покосившись на дом, я убедился, что наёмники благополучно свалили. Правильно и сделали.

— Всё, встаём и собираемся. Раненые есть?

— Я… Слегка, — зашевелился Серж.

— Сейчас тебя перевяжем и поедем. И все говорим только правду, за исключением двух моментов. Я ни о чём с наёмниками не договаривался. Мы просто послали их на все четыре стороны, потому что хотели решить все миром и без жертв. И Боярские выстрелили первыми. Все запомнили? — дождавшись двух подтверждений, кивнул. — Отлично!

* * *

Работа юстициария в таком месте, как Суонбург, имела определённые требования. Хранитель закона и порядка в таком месте регулярно сталкивается с угрозами и попытками подкупа со стороны самих влиятельных родов королевства, и обязан иметь защиту от подобного. Поэтому Честер Манилка помимо принадлежности к одну из самых влиятельных родов, мог похвастаться изрядным пиететом перед всеми остальными аристократами, кем бы они там ни были. К сожалению, от необходимости выслушивать стенания его это не освобождало.

— Я не понимаю! Почему эти убийцы всего лишь посажены под домашний арест⁈ — крикнула Боярская.