Первое — каждый род учил своих детей сам. То есть никакого взаимного обмена опытом, никакой общей программы, вообще ничего. Каждый род делает так, как считает нужным.

Второе — отсутствие единой общей программы. Что-то подобное есть, похоже, только для рыцарей. Остальных детей обучали по какому-то странному принципу. Ребёнок приходил на занятие к наставнику и тот сам решал, нужно приходить в следующий раз или нет. То есть наставник сам решал, закончил конкретный ребёнок у него учиться, или надо походить на занятия ещё. Для меня это смотрелось бредово, мягко говоря. Единственный плюс — наставник работал с каждым индивидуально, потому что в классе редко набиралось хотя бы десять человек. Но подобная система в моём мире существовала, наверное, ещё в античном мире.

В итоге получалась каша. Нет расписания, нет чёткой программы обучения, разброд и шатание. Спасала систему только не совсем понятная мне мотивированность детишек. Возможно, в семьях им вдалбливают мысль о жёсткой необходимости совершенствовать свои навыки и расширять познания, но среди аристократов лентяев и отстающих я не видел. Может быть, это осознание факта: если они не будут учиться, то система просто выплюнет их на обочину.

Вернулся в комнату, обдумывая дальнейшие планы. Теоретическое обучение пока буксовало, мне нужно подтянуть практические навыки использования дара. Общие предметы я прошёл. Видел карту открытого мира, но отложил подробное изучение обозначенных на ней стран. Очень хочется, но там такой пласт информации, что потребуется просто прорва времени, поэтому позже. Что ещё оставалось…

— Като, тебе принесли записку, — протянул мне сосед листок.

Я вынырнул из своих мыслей, глянув на бумажку, протянутую Момо.

— Кто?

— Не знаю, — он пожал плечами. — В дверь постучали. Когда я открыл, никого уже не было.

Я взял записку. Аккуратно сложенный листок дорогой бумаги. Хорошей, качественной бумаги. Разложил записку. Всего четыре слова, написанные очень аккуратным почерком: «Като. Приходи в парк». Что-то новенькое. Не специалист по почеркам, но готов поспорить, что это написала девичья рука. У меня появилась тайная воздыхательница? Как-то слабо верится, здесь что-то другое. Это не любовная записка, это просьба встретиться. Но парк? Людное место? Для тайной встречи не очень подходит. Тогда зачем вообще записка?

— Ничего не понимаю, — честно признался я толстячку.

— Аналогично, — подтвердил тот.

Ну что же. Я как минимум заинтригован.

— Если не вернусь, считай, что меня похитили коварные враги.

Момо задумался:

— А зачем?