Это все! Это конец! Это… как ей вообще жить то с таким то грузом позора⁈

И в тоже время, она злится, и на этих людей, что вообще, зашли к ней без дозволения! И на Павла Иф, что им не разъяснил как следует, что можно, а нельзя! Не запретил им заходить к ней в комнату без спроса! И вообще — назначал этих служак за ней присматривать!

И на себя! Очень сильно злится на себя! Ведь она, нашла все же чем можно себя удовлетворить, найдя и «инструмент», и подходящее видео «для нужного эффекта», пусть и с цензурой, и с «кошками». И… она ведь даже не выключала видеоряд как закончила все! Просто… уснула на койке пред большим экраном телевизора! А еще… были визги, писка… наверное на весь этаж! Но тогда она, совсем, совсем, об этом не думала! Вот вообще! Всецело погрузившись в несколько… иное дело, думая лишь о том, как получше… всунуть.

Выпустила пар как могла! Удовлетворилась, блин. Сама себя, как позорная… дура, у которой никого нет, и как видно и не предвидится. Охотники, все, кто тут есть, и кто хоть сколько-то достоин быть с ней, шарахаются от неё как от огня, а простое мужичье… она еще не столь низко пала, чтобы идти на секс к не одарённым бездарям! Безвольным, бессильным, просто… серой массе!

Да и страшно ей сейчас стало, снисходить к ним для такого, и не из-за репутации, терок с Ледяной Королевой, что если прознает об этом, не упустит своего шанса унизить конкурентку, и даже не от того, что у них там в штанах… может быть что-то, на вид неприятное — всегда можно отступить! Ускользнуть, отшить, да и выбор… велик! И можно присмотреть подходящее, нужно лишь желание!

Но… сейчас она, сильно не та, что была пару лет назад, когда грешила и так, поучаствовав в одном нелегальном шоу заграницей Залиха, за что ей стыдно до сих пор! И студни будет, наверное, всю её оставшеюся жизнь. Сейчас… она легко убьет несчастных, неловким движением. Захватом бедер, или даже просто, своим присутствием рядом.

Её сила, возросла с тех пор многократно! И пусть контроль тоже подрос, но не пропорционально силе, и она сама себя далеко не всегда контролирует! Сильно, не всегда, если не сказать больше — почти никогда. И даже без порыва страсти, это риск! А уж с ним… фактически приговор. А убивать людей, да во время соития… нет, к такому она точно еще не готова! Да и смысла в этом нет никого — у мертвых, они совсем вялые.

Но более всего, Мирана злится на детей! На тех двух маленьких ублюдков, что… сделали её такой! Сделали её… менее фертильной, более охочей до секса, и, самое главное — ей теперь практически нереально себя удовлетворить! И если раньше хватала просто маленько резинового «друга», которым можно было быстренько «сбросить пар» где-то в туалете, когда становилось совсем уж невмоготу от желания, от присутствия рядом нравящегося мужчины, то сейчас… все стало совсем не так, как было раньше.