Итак, в принципе все очевидно! И удивительно, как эта новость прошла мимо меня, и… я не додумался поглядеть, что именно там… расквартировано и чем мне это грозит. Зато умудрился лихо решить, мол в этом небе… меня всё равно не собьют.
Ага, уже сбили спустив с небес на землю, буквально.
Нам… увы, придется воздержатся от столь удобного способа перемещения, как полет. Быть бытым ракетами ПВО, даже если они не наносят урона — неприятно! Вот совсем! И ладно я еще успел вовремя среагировать и нарастить поле мано барьера! А то бы от тех прутков, что шли в боевой начинки этой штуки, у меня бы были свежие синяки по телу! Очень… неприятная эта хня, когда её совсем не ждешь!
И даже если юристы найдут лазейки, когда полет не запрещён, например, если это такая вот сила охотника, то это не значит, что службы ПВО перестанут сбивать все. Что не пеленгуется как свой. И даже будь у меня десяток разрешений «дозволено парить» от таких вот… неожиданных ракет, я никак не буду застрахован. А значит…
— Значит надо пойти и разнести их до того, как они выстрелят!
— Сестра!
— Не, ну а что? Самое лучшая защита от ракет, это уничтожить все пусковые шахты до запуска!
— И где ж скажи мне на милость, ты такое могла услышать?
— В твоих… воспоминаниях.
— Да? А, ну да… погодь! Ты там что-то слышала?
— Слышала? Хех! Я там целые фильмы смотрела. С тобой в главной роли! — выпятила сестренка свою грудку, — Как ты участвовал в боевых походах, как громил армии… как создавал меня.
— Э… и как тебе… вид себя со стороны?
— Странно. — потупила сестричка глазки, и словно обняла сама себя, — Очень странно. Особенно видеть… наши роды… и видеть роды нашей… младшей… серррр…стры… — выдавила она из себя это слово, словно бы через силу, и вся разом вздрогнула, — А еще… я тогда такая дура была! Прям… — подняла сестренка взор на меня, — аж глупо себя чувствую и сейчас. И глядя на… да, странно всё это, очень.
И я не смог не усмехнутся в ответ на это.
— В се мы… маленько глупости творим! Это… часть нашей жизни.
— Но это не делает эти глупости приятными! — возмутилась сестренка, и я был вынужден на это согласился.
— Не делает. Совсем. И не избавляет… от сожалений.
Глава 8
Хорошо быть важной шишкой! Охотниками, что почти правители, или словно бы некие именитые звезды, вокруг которых все носятся, словно бы они из тончайшего фарфора. Сломалась машина? Наша администраторша замковая, сговорившись с председателем ассоциации, послала за нами на наши поиски целый кортеж! Быстро поняли, что мы там, где громыхает, ведь иначе и быть то не может, и в сопровождении бронетехники вояк, приперлись к нам на карьер.