— Как же стыдно, как… стыдно.

Осознание есть, стыд есть, опустошение есть, гнев есть, и… а где вообще этот меч⁈ Тот, который она взяла у «на посмотреть», что стало апофеозом всех её поисков, заметив, что у этого оружия весьма соблазнительные ножны, и в итоге… в итоге удовлетворяла сама себя не ножнами, а самим клинком! И…

— О ужас!

Она сломала оружие пред самой кульминацией! Просто… разломила лезвие пополам! То ли руками, работая слишком быстро и интенсивно, то ли… тем самым местом в срезанных волосах. Просто… уничтожила то, что дали её просто поглядеть! Что дали ей после её слезной просьбы «Дай мне свой меч! Завтра верну!».

Она… сломала его! Сломала! Да еще и как она его сломала! А вернее… где!!! И… ей еще повезло, что когда она сумела завершить процесс, доведя себя до нужного состояния обломком, утопший где-то внутри кусок, выскочил наружу, и ей не потребовалось медицинская помощь, чтобы ЭТО из себя ОТТУДА извлечь.

И… обломок сломал телевизор! Что нынче цел и как видно тоже заменен. А оружие… оружие лежит полным комплектом на прикроватной тумбочке. Сам меч с рукояткой, его отломанная половинка лезвия, и целые ножны, весьма соблазнительной формы, с отделкой, похожей на вздутые вены. Все чистое, и вымытое… стыдоба!

Несмотря на то, что в комнате темно, ей все это четко видно. Ей давно не нужен свет, чтобы видеть, но осознание этого еще толком и не пришло. И на автомате включает выключатели, заходя в помещение, даже не замечая разницы от включившегося или выключившегося света.

Мирана давно стала той, кто может определить время суток только по наличию солнца в небе! Но… до неё это еще не дошло, и ей как-то и не до того. Ведь охотницей она стала десятилетие назад, а силу видеть во тьме, обрела относительно недавно.

И раньше, даже в подземельях, где есть частенько есть и свет, пусть и его немного, и мана в изобилии, ей всегда было темновато, мрачно, страшно, и почти ничего не видать в этой гнетущей жуткой атмосфере! От чего было не по себе и страшно даже в низкоуровневых подземельях с мелкими коротышками! Которые её тогда могли запросто отделать, ведь она… была слаба! И без своих сфер всегда была почти беспомощна!

Фактически — обычная девчушка! Которую мог бы побить любой «гопник» с кастетом в подворотне, будь у него такое желание, и радость такой встречи. И… она боялась даже ночами выходить из жилых домов без сопровождение, несмотря на то, что… пятерка.

Сейчас же… все стало совсем иным, но не все еще ею осознано. Она стала ближе к полноценным, но еще все же не по-настоящему боевая единица своего ранга, хоть и уже, может убивать всякую мелочь, с низкоплотной маной, просто голыми руками. Что она уже проделала, сразу же как рассталась со своей группой, желая хоть как-то отвлечься от мыслей об одиночестве и рухнувших отношениях.