Место, где мы и правда можем поговорить! Ведь кто-то со дня, сюда всё равно не явится, не целиком! Не сможет впихнутся! Не выдержит условий! И сможет явится. Разве что куском. Ну а уж кто поменьше шкуркой… чтож, мне уже даже интересно, что мне хочет сказать, это вот, хех, хитро выделенное существо! Давай же, всплывай! Поговорим! Я жду!

Билл Лицин стоял на стене замка и смотрел на город по ту сторону реки. Туда ему сейчас хода нет, и не потому, что не может покинуть пределы стены замка — его никто не держит, он не пленник, и спокойно может выйти прочь, и прогуляться до города. А потому, что такой поход для него будет сродни пытке, ведь там, за пределами стен, он будет слышать ИХ, голоса, крики, шёпот… все и сразу.

И если к общему «белому фону» ужаса, и призывам к убийствам людей, и можно как-то привыкнуть, научится игнорировать, и не замечать, то вот к зову отдельных «личностей» — нет, никогда, они работают слишком изощренно! Пытаясь найти ключики к душе каждого, потенциально нового их слуги.

И вроде бы, он и так служит! Итак, слуга своих господ! Итак… раб! И в от части — заложник замка! Что стал его частью, и неотъемлемым «атрибутом». Получает от господ силу, имеет зависимость, воюет с людьми, осуществляя охрану словно бы страж, выбрасывая прочь неугодных, и пленяя особо настойчивых, и… разница меж этим, и тем, что предлагает тот голос в голове, настолько огромна, что даже смысла нет сравнивать.

Да, его господа тоже не люди, что очевидно. Эти двое детей… некие то ли боги, то ли твари, вылезшие оттуда же, откуда и прочие, но в тоже время — белые вороны, ренегаты среди прочих. Максимально возможное исключение из всех возможных правил. Они… за людей, за мир, за нормальное измерение! И стабильность пространства.

Им, противна сама мысль людей пытать, и даже когда нужно… они в большинстве своем спихивают эту работу на иных, на людей из ассоциации охотников, чтобы самим не заниматься подобным. А даже когда приходится… Лицин, часть замка, и все, кроме центральной башни, его территория, и он видел четко и отчетливо, сколь неприятна детям эта работа.

Детям противна идея разрушения городов — они скорее предпочтут строить, чем разрушать! И страж замка видит это наглядно, и скорее всего увидит еще и не раз. И планы детей, по созданию кирпичного завода, для застройки всех разоренных районов слышал и видел тоже не раз. И с бумагами этими, пока никто не видит, ознакамливался.

Для него нет закрытых дверей, в пределах замка, за исключением главной башни. И кабинет этой, администраторши Бины, в полной его власти и в доступности. И он там… частый гость ночами! Там… интересно, много всяких бумаг, планов, информации о мире вокруг, вещей, которому стоило бы знать, чтобы не жить в изоляции, в неведении, оторванным от мира, без понимания ситуации, к тому же стражу — не нужен сон. Он не спит еще с тех пор, как… угодил в западню со своими товарищами по части, как провел двадцать лет в камне. И времени у него… предостаточно.