Не будет этих нескольких лет! Да и понятия «должен» для детей сильно размытое. Они… не взрослые! И пусть, и не подростки, с которыми всё вообще сложно, и ключики к деткам всегда существуют, но — нянчится с ними просто некогда.

Год, два, и сила затухнет, а дети умрут. Хотя, как правило, в случаях с сильными экземплярами — всё произойдет гораздо раньше. Нужно пользоваться моментом! А потому, для большинства воротил, бизнесменов, и прочих важных людей, эти дети с магией — просто живое оружие, и ничего кроме.

А оружие должно быть правильно применено! И должно быть в «правильных» руках. И пока что эти руки не определились, ходящим под ними гражданам, действующим всегда с оглядкой на «крышу», непонятно как-то и на чьей стороне будет «играться» этим автоматом. В чьем лагере будут эти зверьки, и соответственно не ясно, нужно ли им топить За, или же Против, этих новых кукол важных людей.

А потому, пресса в основной своей массе, избирает самый нейтральный путь, с наименьшим риском — молчание. И раз уж не вышло определить «сторону» такой путь становится единственно правильным.

В доме у бабки с дедкой нас действительно ждал суп, котлеты, и отваренные макароны. И действительно обеспокоенная бабушка! Пусть и пока только слегка. Но фраза «если с вами что-то случится, ваши родители меня съедят без соли» была произнесена. Как и просьба-прошения «вы уж не подводите старую! Пожалейте меня!», и мы решили не подводить и жалеть, нахваливая готовку и поглощая её за обе щеки.

— И куда в вас столько лезет? — поинтересовалась она, видя наши аппетиты.

— Растем! — завили мы хором.

Но судя по виду, сестренка реально загрузилась вопросом — а и правда, куда?

А еще в квартире помимо бабки был и дед, старенький сморщенный сухенький человечек, что тоже умиляясь, смотрел на нас слегка влажными глазами. И дело не в эмоциях, просто, старость. Тем ни менее он так смотрел, словно мы у него самое дорогое, что есть и может быть у пожилого человека. Внуки, что приехали в гости, и с таким аппетитом уплетают стряпню его жёнушки.

И мне даже захотелось ему что-нибудь эдакое подогнать! Чтобы… ну, это… но ничего, ни этого, ни того, в голову так и не пришло. Не придумал ничего, ни для него, ни для его «карги», как он называет супругу, но при этом делает это с такой нежностью, что эта «карга» просто таит и млеет от подобного.

А после ужина нас стали укладывать спать, прочитав коротенькую сказку на ночь. Время еще было несильно поздним, хоть и на улиц уже было совсем темно. Но бабушка сказала, что мы рано встали и нам надо выспаться пред завтрашним плодотворным днем. Мы не стали возражать и спорить.