Где за процессом называния друг друга были застуканы нашей матерью.

— Вы тут? — произнесла она, замерев на пол шаге, — что… вы тут делает… вдвоем? — проговорила она, делая паузы после каждого слова. — Вы что…

Посмотрела на нас. Погуляла глазами по нашим тушкам… сестренка потерла мылом мочалку.

— Моемся. — проговорила Лина, хлопая глазами.

— Вмести? — сильно удивилась мать, и наконец встала нормально.

— Да, а что? — все так же хлопая глазами, не поняла проблемы девица в ванной.

— Так, Лина! — строго произнесла мать, глядя на дочь, — И ты Лари, — взглянула на меня, — Ты мальчик, а ты девочка, — взгляд упал на девочку, — вы дети разного пола! Вам нельзя мыться вместе!

— Но мы всегда мылись вместе! — возмутилась сестра такому наезду, что для неё явно звучал как наезд в стиле «вам нельзя дышать воздухом! Он ядовит!».

— Так, вы были маленькими, а сейчас подросли. — подошла она к ванне на шаг, и кажется хотела достать Лину из воды и вынести из ванной, но поняла то, что девица вся в мыльной пене и это будет не самой удачной идеей, её куда-то тащить, — Вам больше не стоит мыться вместе! — просветила она, серьёзно смотря то на меня, то на мою сестру. — Вам ясно?

— Нет. — твердо ответила Лина, опуская руки с мочалкой.

— Давайте домывайтесь, и потом поговорим, — отказалась от дискуссии мать и поспешить покинуть ванную.

— Мне кажется, или нас хотят вообще последнего лишить? — проговорила сестра, когда мать ушла, неплотно затворив за собою дверь, чтобы слышать все звуки тут происходящие.

— Не кажется. — вздохнул я, и дверь сама собой закрылась, щелкнув замком.

После ванной разговор продолжился, и нас ждала немаленьких размеров лекция о нетерпимости излишнего сближения брата и сестры. О том, что мыться нам вместе нельзя — не маленькие! На один горшок тоже, больше не ходить — не вместе точно! И вообще — мы как бы разные! Половые различия и половое воспитание… правда, про размножения и пестики с тычинками так ничего и не упомянули.

И в принципе, с некоторыми вещами из лекции я даже был согласен! С некоторыми. Но… нельзя же так! С места и в карьер! Вчера — на один горшок на пару, на одном троне заседая, а сегодня — поди и спать вместе в одной комнате нельзя! И отворачиваться нужно, когда передувается близнец. А завтра что, краснеть от вида нижнего белья на сушилке, да?

Ужас! Надо как-то аккуратнее на виражах! И меру знать! Ну не мыться ладно, понятно, приемлемо! Но можно было то как-то помягче, а не просто «всё нельзя! вы выросли!!!». Тем более что в глазах сестры это выглядело примерно так «стали старше — разлучают с братом, с которым прожила всю жизнь неразлучной». И хоть она никак это не показала, но у неё была настоящая паника, и даже истерика, пусть и скрытая от глаз посторонних. Даже — от моих.