Перебирая руками по новой ветке, она использовала ее как опору. Немного передохнула и снова продолжила.

Злополучная ветка поддалась, стала гнуться, пропуская между рук девушки свои колючие отростки и норовя напоследок вонзить свои сучки.

Последнее усилие…

Ш-шух! — ветка прошла между рук и с шумом распрямилась, а Лиза без сил повисла на стволе выше нее. Но всего-то от земли поднялась на полтора метра, а такое ощущение, будто марафон пробежала.

Но дальше уже проще. Дальше ствол становился тоньше, и ветки хилее, но все же…

Битый час ушел у Лизы на то, чтобы добраться до макушки. Дерево невысокое, но отняло много сил и времени. Мелкие царапины от сучьев разъедал пот, на шее, лице и руках кожу немилосердно щипало. К пулевым повреждениям рубахи добавились еще несколько рваных дыр. Штаны Лиза тоже пропорола об острые сучья в двух местах. На голове присохла корочка запекшейся крови. Хоть сечка на лбу уже не кровила, но из-за красных сгустков выглядела как серьезная рана. Смотрелась она, как человек, переживший апокалипсис, не иначе.

Последний рывок… Лиза принялась раскачивать дерево. С каждым наклоном амплитуда увеличивалась. Лиза, будто набалдашник метронома, откланялась то туда, то сюда, вцепившись в макушку.

Сосна гибкая, и она хотела согнуть ее дугой, пригнуть своим весом к земле.

И вот, когда казалось, цель уже близка, раздался жуткий треск. Макушка не выдержала и обломилась на уровне ее пояса. Лиза полетела вниз вместе с верхушкой дерева.

«Дьявол!» — мелькнула мысль. — «Не такая уж сосна и гибкая! Только бы не расшибиться!»

Ломая нижние сучья, девушка с треском упала на землю. Хорошо сгруппироваться не дал обломок макушки. Она его больше не держала, но из-за пут он все еще оставался между ее рук.

Бам! — она припечаталась о каменистую почву, успев подставить плечо и чуть согнуть ноги в коленях.

Подбородок прижала к груди, руки тоже максимально притянула к себе.

После падения попробовала пошевелиться. Острой боли, слава богу, нет, лишь ноющая в бедре и плече. Удар смягчила та самая макушка, разлапистые ветки которой сработали подушкой.

Некоторое время Лиза лежала и смотрела в вечернее синее небо, отходила от перенапряжения.

Под облаками, ловя восходящие потоки воздуха и чинно распластав крылья, кружил стервятник, высматривая добычу. Завидев неподвижно лежащего человека, он стал спускаться по спирали. Но не спешил — будто приглядывался.

— Не дождешься! — процедила Лиза. — Я еще жива… Жива!

Она поднялась, наконец, высвободила руки, протянув их вдоль обломка макушки, отплевываясь от осыпавшейся хвои и чешуек коры.