– ответил Энцо, взял из раскрытого шкафа еще одну стопку папок, на этот раз тонких, из темно-вишневой кожи, и довольно прицокнул языком. – Я понимаю, что и вас, и нас надо изучать. Чтобы вот такая дрянь, как Чинция Фальконе, больше не поднимала тьму из воды и не убивала людей. – Лоренцо Бернати убил намного больше, чем она, – парировала я. Мне казалось, что Энцо сейчас начнет спорить, но он лишь кивнул. – Да, уголовный кодекс во многом нуждается в доработке, согласен. Смотри, что тут! Копии лицензий на медицинскую деятельность и исследования в области мозга! Он грохнул одну из папок на стол и ткнул пальцем в белый плотный лист с таким количеством печатей и подписей, что в глазах начало рябить. Я всмотрелась и прочла: «Психиатрическая клиника „Убежище святой Магды“ прошла сертификацию и получила разрешение на проведение опытов на мозге с целью определения истоков ведьмовства». – То есть они вынимают мозг через нос и имеют на это разрешение, – пробормотала я. Энцо усмехнулся. – В точку. А вот еще посмотри. Бумаги на перевод. На новых листках были печати полицейского управления Сартаврааты, региона на севере страны. Ведьму по имени Майра Хокка, осужденную по статьям 118-А и 121-Г «Предумышленное убийство» и «Предумышленное убийство по предварительному сговору», передавали в клинику «Убежище святой Магды». Я нахмурилась, вчитываясь в мелкие строчки, отпечатанные на старой печатной машинке полицейского отделения: диагноз местного врача – опухоль в лобной части мозга – подтвержден, ведьма передается в клинику для обследования и лечения. От листков веяло жаром. Я отбросила их обратно в папку и процедила: – Врач Сартаврааты – и опухоль мозга? Как говорит Сандро, там такие врачи, которые голову с задницей путают! Энцо невозмутимо кивнул. – Да, я тоже так подумал. Наверняка было особое распоряжение министерства внутренних дел отправлять ведьм из провинциальных тюрем для нужд «Убежища». – Видимо, поэтому ее и не казнили, – пробормотала я. – Статьи тяжелые. – Согласен. – Энцо вынул еще одну папку, вчитался в ее содержимое и вдруг горько усмехнулся: – Надо же! Вот ты где… Он протянул мне бумаги – больничную карту пациента. Примерно такую же для меня завели в Ханибруке, когда я пошла лечить зуб. Не стала залатывать его направленным заклинанием, вытерпела час в кресле стоматолога и еще раз подтвердила всем, что я законопослушная ведьма. С фотографии смотрел немолодой мужчина – лысый, обрюзгший, угрюмый, с таким пробирающим взглядом, что мне невольно захотелось поискать