Сказано это было с такой уверенностью в своих силах, что проникся даже я.

Лидеры левых заметно приуныли — бóльшая часть сообразила, что им втюхали гнилой контракт. А те, до кого эта простая истина ещё не дошла, благоразумно молчали, ожидая, чем всё закончится.

— Вообще, — вмешался я. — Было бы неплохо преклонить колено перед своим Императором. К тому же вы, господа, имеет честь лицезреть Его Величество даже раньше, чем гвардия Пылаевых и Демидовых!

Ответом мне стала гробовая тишина.

Сбитые с толку авантюристы и наёмники банально не знали, как себя вести.

С одной стороны, Его Величество Александр действительно внушал трепет и невольное уважение — наверняка не обошлось без каких-то Аур Лидерства и других императорских штучек!

С другой — поверить, что перед тобой стоит Император, непросто. И ещё сложнее было опуститься на колено — вдруг всё это враньё, и, преклонив колено перед двумя странными одарёнными, станешь посмешищем в глазах товарищей?

— Поклониться Императору не зазорно, — прогудел похожий на медведя Воин из моих наёмников. — Но не будет ли неуважением к Императору, если мы преклоним колено… не тому.

— Ловко, — хмыкнул Виш. — Но, в общем-то, он прав, Макс. Им нужно доказательство. А хотя, это же Камнев?

«Он самый, — усмехнулся я, почувствовав появление Дмитрия. — Как думаешь, через сколько минут он будет здесь?».

— Две-три, — не задумываясь, ответил Виш. — Максимум пять. Кстати, если не ошибаюсь, с ним прибыл Демидов. По крайней мере, я отсюда чувствую эту ауру с металлическим привкусом.

«Вот и вопрос, Виш. Стоит ли что-то доказывать этим ребятам, если кавалерия, в кои-то веки, примчалась вовремя?».

— Тебе решать, Макс, — взмахнул крыльями Виш. — Я же не стела, чтобы одаривать дарами каждого встречного!

Последняя фраза была какой-то искусственной, что ли? Хотя зная Виша, это наверняка очередная подсказка. Стела… дары… Хм, а это мысль!

— Господа! — широко улыбнулся я. — Понимаю ваше смятение. Особенно, — я махнул рукой в сторону левых, — ваше. Трудно поверить, что перед нами Император. Ещё труднее решиться и, наплевав на мнение общества, поступить так, как подсказывает сердце. И самое сложное — это услышать своё сердце!

— Хорошо стелешь, Купец, — проворчал здоровяк, взявший на себя право говорить от лица всех моих наёмников. — Но мы не красны девицы, чтобы верить на слово!

— Если ты хоть что-то слышал о моём Пути, то должен знать — слово Купца крепче любого вашего клинка, — холодно произнёс я. — Вам, господа, выпал уникальный шанс приветствовать Императора, явившегося со своей огненной свитой!