— У нас район другой, — не унималась мать. — И почему ты не рад?
— Рад, мама, только странно все это. Мы не военные и не начальство, чтобы в приоритете на связи быть. Вот что. Ты по телефону этому лишнего не болтай. Ладно?
— Ты что сынок? Мне даже и звонить-то некому. Тетя Клава и без звонка приходит, а у подруг моих нет телефона. Но все равно приятно, что есть он теперь. И на переговорный пункт теперь не надо ходить, когда на вызов на межгород телеграмма придет от родственников. Звонят они не часто, но все-таки. Будем из дома с ними разговаривать. Хорошо ведь? Даже сами сможем межгород заказывать.
— Межгород — это отлично, — улыбнулся я. — А по городу, если будешь звонить, то сильно никому не рассказывай, где я и что делаю.
— Сынок, ты меня пугаешь, ты опять куда-то влип?
— Все нормально, мама, наоборот, твой сын устраивается в милицию. А за сотрудниками, сама понимаешь, контроль строгий может быть. Со стороны властей и прочих органов.
— Что ты имеешь ввиду? Нас подслушивать могут? Это же неприлично! Пусть слушают, если надо. Нам нечего скрывать.
— Вот это правильно, мама. Хорошо, что нечего. Кстати, я с фабрики сегодня уволился, трудовую забрал. Завтра в городское УВД пойду.
— Совсем ты у меня взрослый стал, сын…
Мать обняла меня. Я прижал ее голову к груди.
Городское УВД Новоульяновска располагалось в пятиэтажном унылом здании, построенном из потемневшего от времени, когда-то красного, кирпича. Во время Великой отечественной в здании располагался госпиталь. Я поднялся на высокое бетонное крыльцо и уперся в потертую дверь, обшитую рельефными деревянными рейками. Лак с них давно слез, и в древесину намертво въелась уличная грязь. Сразу видно — не областная управа.
Крыльцо высокое, значит есть просторный подвал, в котором, скорее всего, расположен ИВС.
Я потянул за массивную ручку, напоминавшую бронзу и никак не вписывающуюся в антураж здания, и очутился в узком холле. Слева расположился “аквариум” дежурной части, справа — крашеные деревянные скамейки для ожидающих.
Глянул на дежурку. За стеклом копошились трое: один сидел на телефоне и что-то записывал, второй вещал уличным нарядам очередную ориентировку, прижав к губам угловатую гашетку рации с черным проводом, третий стучал по клавишам пишущей машинки. Сводку, наверное, набивал.
Я свободно прошел дальше. На КПП при входе и намека не было. Попасть в здание мог любой, как и свободно выйти. Еще не настали времена террористов и проноса бомб в помещения МВД.
Позже на каждой проходной посадят по постовому, потом эти проходные оборудуют вертушками, потом электронными считывателями и рамками металлоискателей.