— Императорская яхта…

— Да, именно так. — Алексей кивнул головой — И потому часть расходов возьмет на себя Морское министерство. Офицеры и матросы будут получать жалование за счет государства, министерство выделит научное оборудование и карты из Гидрографического департамента, бесплатно обеспечит яхту углем и продовольствием с военных складов, оплатит страховку судна на время плавания. Согласитесь, это значительно сократит расходы. Я сам жертвую на нужды экспедиции двадцать тысяч, и Николай столько же. Их мы потратим на закупку астрономического оборудования и фототехники. Учитывая частные пожертвования, вклад РГО, можно сказать, что финансовый вопрос полностью закрыт. Чего-то вы бледный, не приболели случайно?

— Да, что-то я себя не хорошо чувствую — Обреченно ответил я.

— Ну да, я чувствую — Алексей втянул носом воздух, и весело рассмеялся — Вполне вас понимаю и не осуждаю, сам давеча так же приболел. Ники устраивал благотворительный вечер, и мы засиделись допоздна. Не смею вас больше задерживать, идите, лечитесь Иссидор Константинович!

Князь ушел, оставив меня стоять одного. В голове была каша, я никак ни мог собраться с мыслями. Все планы что я для себя построил, пошли лесом… Я медленно опустился на ближайший стул, стараясь не смотреть на шумную толпу, где уже вовсю разносили закуски и шампанское. В висках стучало так, что казалось — слышат все. Хотелось встать, подойти к этой самодовольной бородатой морде и высказать всё, что я думаю о его «экспедиции», да ещё и в рыло дать от всей моей пролетарской души! Но что это изменит? Максимум — окажусь в газетах в виде сенсации: «Известный полярный исследователь подрался на светском приеме с родным братом государя!».

Я провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть с него гримасу бессильной злости. Перед глазами мелькали карты, схемы, сметы — всё, что мы с моими людьми готовили неделями, а теперь оказалось ненужным. Взамен — яхта для прогулок, а не для штурма льдов, охота на жирафов вместо похода к полюсу, и кучка «самых достойных» петербургских бездельников вместо моих людей.

— Иссидор! — окликнул меня кто-то сзади.

Я обернулся — Фомин. Он уже вернулся, глаза его блестели так, будто он успел услышать что-то интересное.

— Пойдём, поговорим в сторонке, — шепнул он, и мы вышли в коридор, где было тише.

— Ну? — я почти зарычал.

— Похоже, у нас есть шанс всё-таки вернуть часть команды, — сказал он, понизив голос. — Но придётся сыграть по их правилам.

— По их правилам? — в горле пересохло.

— Да. И для начала нам надо попасть на завтрашний приём у Морского министра. Там будет и князь, и секретарь, что составлял списки.