Наверняка предвкушает, как срежет меня, посоветовав обращаться к Шептало. А вот хренушки!

— Поехали, что ли, — попросил я и откинулся на сиденье.

— Поехали.

Озадаченный подобным безразличием водитель с недоуменным видом оглянулся и повернул ключ в замке зажигания. Внедорожник плавно тронулся с места, вывернул со двора и… и тут я совершенно незаметно для себя самого прикорнул. Да так крепко, что когда автомобиль остановился во дворе института, Виталию пришлось меня будить.

— Лед! Просыпайся! — повысил он голос. — Ты чем ночью занимался?

— Бухал, вестимо, — пробурчал я и выбрался из салона. — Шептало где?

— У Грачева.

— Понятно.

Предъявив охраннику пропуск, я поднялся на второй этаж, поздоровался с Виолеттой Марковной и прошел в кабинет. Там меня уже ждали. Григорий Петрович с интересом листал какие-то записи; куратор пил чай и наслаждался тишиной и спокойствием.

— А, Лед, присаживайся, — против обыкновения обрадовался Владимир Николаевич моему визиту. — Как раз по твоему профилю работа появилась.

— Да ну? — насторожился я. — А последние дни я чем занимался?

— Честно скажу — не совсем своим делом, — улыбнулся Шептало, выглядевший так, словно за всю ночь не сомкнул глаз. — Но всем известен твой истинный потенциал! Твое умение создавать проблемы — просто удивительно по своей разрушающей силе. Вот и пришло время применить его на благо общества. В кои-то веки создашь проблемы… не нам.

— Григорий Петрович, ему сколько коньяку в чай влили? — спросил я замдиректора.

— Расход продукта сорок грамм на стакан, — не отрываясь от бумаг, ответил Грачев. — Пятый стакан пьет, если тебя это интересует.

— Да уж видно, что не первый.

— Ладно, пошутили и будет, — подался вперед Владимир Николаевич. — Мы выяснили, кто распотрошил того паренька.

— Неужто колдуны?

— Нет, оборотни.

— А я разве не это с самого начала говорил?

— Не передергивай! — пригрозил мне пальцем куратор. — Ты говорил, что под воздействием магии у какого-то бедолаги съехала крыша, и он не представляет никакой угрозы для общества, поскольку заперт в свертке.

— А на деле? — уселся я напротив Шептало.

— А на деле мы имеем устойчивое преступное сообщество, причастное к исчезновению многих жителей Ямгорода.

— Серьезно? — Признавать собственную оплошность не хотелось. А с другой стороны — ну ошибся, бывает. Пустяки, дело житейское.

— Куда уж серьезней. — Куратор выдернул из лежавшей перед Григорием Петровичем стопки верхний лист и передвинул его ко мне. — Расположение их логова. Действуй.

— Ага, разбежался, — буркнул я, пытаясь разобраться с мудреными обозначениями на карте. — Это Свердловский район, что ли?