— Нет, так не пойдет!

— В самом деле?

— Точно тебе говорю! — Я положил руку на стройное бедро, но Алена моментально поднялась с кровати.

— Сейчас не время и не место! — строго заявила она.

— Так-то ты обращаешься с тяжелобольным! — возмутился я. — Мне, между прочим, как никогда сейчас положительные эмоции нужны!

— Все что тебе нужно — это прийти сегодня ко мне в гости. — Зимина отошла к двери и погрозила пальцем. — И не строй из себя умирающего лебедя, я у Владимира Николаевича насчет твоего здоровья справлялась. Подождешь до вечера, ничего с тобой не случится.

— Договорились. — Приглашение в гости подействовало даже лучше поцелуя. — До вечера, красавица.

Я мечтательно вздохнул и откинулся на подушку, но только начал проваливаться в сон, как заявился незнакомый охранник и объявил, что меня ждут в кабинете Грачева. И не просто объявил, но еще и проводил, будто опасался, что могу дать деру.

Поправив выданный взамен перепачканной кровью одежды камуфляж, я вошел в приемную, и сидевший на месте секретарши молодой мужчина лет двадцати пяти моментально оторвался от компьютера.

— Леднев Александр Сергеевич? — уточнил он.

— Кто? — решив из чистого хулиганства потянуть время, удивился я.

— Вы.

— Возможно.

— Давайте обойдемся без «возможно». — И странный тип продемонстрировал мое собственное удостоверение. — Присаживайтесь.

И когда только изъять успели?

Я не стал стоять столбом и, опустившись на стул для посетителей, пригляделся к собеседнику. Крепкий, спортивный, на вид — неглупый. В хорошем костюме. Встретил бы на улице, даже не подумал, что человек из конторы. Юрист какой-нибудь или чиновник. Глаза разве что…

А мужчина тем временем выложил перед собой диктофон и утопил кнопку записи.

— Расскажите, при каких обстоятельствах был поврежден выданный вам аккумулятор высокой емкости, именуемый также «бласт-бомба».

Приехали! Меня в отсутствие Шептало допрашивать собираются, что ли? Ну-ну.

— А вы, собственно, кто? — улыбнулся я.

— Это не относится к делу, — отрезал мой собеседник. — Отвечайте на вопрос.

— Хорошо, — кивнул я и замолчал.

— Ну?

— Что — ну?

— Отвечайте, при каких обстоятельствах…

— А вы кто?

— Александр Сергеевич, вы издеваетесь?

— Мы знакомы?

Но повеселиться не получилось; следователь не стал терять время на пустые препирательства и поднял трубку телефонного аппарата. Набрал внутренний номер и, глядя мне в глаза, произнес:

— Владимир Николаевич, ваш сотрудник отказывается отвечать на вопросы…

Произнес и сразу положил трубку на рычажки.

— Вот и поговорили, — улыбнулся я.

Но тут распахнулась дверь кабинета, и в приемную весь в клубах табачного дыма вышел невысокий крепыш лет сорока пяти c бритой налысо головой, морщинистыми щеками и практически бесцветными глазами, прятавшимися под густыми седыми бровями. Большой московский начальник Максим Альбертович Баринов постучал папиросой о край прихваченной с собой пепельницы и спросил: