— Идем, шутник, — зашагал куратор к лестнице. — С объектом познакомлю.

Мы поднялись на третий этаж, и Владимир Николаевич остановился у распахнутой настежь двери кабинета, сплошь заставленного картонными коробками и стопками перевязанных шпагатом папок.

— Да понимаете, у нас штат не укомплектован, без привлечения вневедомственной охраны никак не обойтись было! Вот ведь все согласования… — Одутловатый дядька лет пятидесяти что-то горячо доказывал сидевшему за погребенным под кучей бумаг столом ревизору, который лишь рассеянно кивал и в дискуссию вступать явно не собирался.

— Родион Леонидович, можно вас отвлечь на секундочку? — выгадав момент, вклинился Шептало в экспрессивный монолог толстяка.

— Конечно, конечно. Слушаю вас, — явственно обрадовался нашему приходу аудитор Счетной палаты. — Борис Федорович, вы позволите?

— Хорошо. Минут через пятнадцать подойду, тогда и продолжим, — потер мясистую переносицу одутловатый и, тяжело переваливаясь с ноги на ногу, вышел в коридор.

— Какой же он все-таки трудный! — вздохнул ревизор и поднялся из-за стола закрыть окно. Сквозняк перестал шелестеть подшитыми в раскрытые папки листами, и сразу сделалось невыносимо душно.

— Работа у человека такая, — не стал принимать чьей-либо стороны Шептало и указал на меня: — Это заместитель начальника нашего центра повышения квалификации. Он местный уроженец и любезно согласился показать вам достопримечательности города.

— Скорее — достопримечательности общепита, у меня со вчерашнего вечера из-за перелета маковой росинки во рту не было, — улыбнулся я и, прежде чем ревизор успел отказаться от столь неприкрыто навязываемого похода на обед, протянул руку: — Александр Сергеевич.

— Родион Леонидович, — не без колебания ответил на рукопожатие аудитор, умное тонкое лицо которого выдавало потомственного интеллигента. — Тут неплохое кафе совсем рядом…

— Мы на машине, — пояснил я, — по времени точно так же выйдет.

— Соглашайтесь, — проникновенно надавил на ревизора Владимир Николаевич, — а я пока Прокофьеву внушение сделаю.

— Ну если только так… — Родион Леонидович с сомнением оглядел многочисленные папки с документами и неохотно закрыл ноутбук. — Мне собраться надо…

— Во двор выходите, — попросил я и покинул кабинет, оставив ревизора и куратора наедине. А когда спустился с крыльца, меня тут же окликнул куривший у внедорожника Виталий:

— Товарищ!

Подошел к нему, и парень уточнил:

— Тебя как лучше звать, Льдом или Александром?

— Зови Льдом.

— Понял. Говорят, обедать едем?

— Да, только ревизора дождемся. — Я убрал рюкзак на заднее сиденье и, сняв штормовку, остался в одной футболке.