смотрела на Кайрана.На кровь на его плече.И вдруг поняла, что хочет убить Арвика сама.Очень просто.Очень тихо.Без суда.Без северных традиций.Без красивых речей.Кайран посмотрел на неё.И, кажется, понял.— Не надо.— Я ничего не сказала.— Сказала лицом.— У меня выразительное лицо.Он усмехнулся.И только тогда она поняла: если шутит, значит жить будет.Ноги вдруг стали ватными.Совсем некстати.Кайран шагнул к ней.— Ты ранена?— Нет.— Точно?— Это ты истекаешь кровью, милорд.— Царапина.— Если ты сейчас скажешь, что это царапина, я тебя ударю.Он посмотрел на плечо.— Царапина.Лада ударила его по здоровой руке.Хрод, связывая Арвика, тихо сказал:— Я так и знал.Сольвей неожиданно начала смеяться.Не громко.Не истерично.Сквозь слёзы.Сквозь страх.Но смеяться.— Что? — спросила Лада.Девушка вытерла лицо связанными руками.— Я просто... вы оба ужасные.Кайран подошёл к сестре, разрезал верёвки.Несколько секунд они смотрели друг на друга.Потом Сольвей вдруг шагнула к нему и обняла.Крепко.По-настоящему.Не как девочка, требующая защиты.А как человек, который чуть не потерял брата и наконец понял, что любит его не как собственность.Кайран обнял её осторожно.Потом сильнее.— Дура, — сказал он хрипло.— Знаю.— Больше никогда.— Не обещаю.Он отстранился.Посмотрел на неё.Потом перевёл взгляд на Ладу.И вдруг сказал:— Вы сговорились?Лада подняла руки.— Я официально не причастна к упрямству вашей сестры.Сольвей всхлипнула и улыбнулась.— Причастна.— Молчи, ученица.— Да, наставница.Хрод за спиной пробормотал:— Свет над нами, теперь их две.Кайран закрыл глаза.— Не напоминай.Арвика привезли в замок в железах.И это изменило всё.Не потому что люди увидели пленника.Они видели и раньше.Не потому что Хрод вёл его через двор под стражей.Не потому что Сольвей вернулась живая.Хотя это было важно.Нет.Всё изменилось потому, что за ними въехали телеги из соляных тоннелей.С первыми ящиками.С клеймами.С доказательствами.С книгами.С ворованным грузом.С тем, что нельзя было назвать слухами, настроениями, семейными тревогами или слишком резкой практичностью молодой жены.Доказательства пахли солью, старым деревом и деньгами.Очень большими деньгами.Люди во дворе молчали.Потом кто-то из рыбаков узнал клеймо.— Это с «Белой чайки».Его голос был хриплым.— Она пропала три зимы назад.Тишина стала другой.Потом второй мужчина шагнул ближе.— А это с «Мары». Там мой брат был.И вот тогда двор начал не шуметь.Гудеть.Опасно.Глубоко.Как море перед штормом.Кайран поднял руку.Все замолчали.Не сразу.Но замолчали.— Все грузы будут