поэтому ты не имеешь права бежать за каждым пожаром лично.Он молчал.Тяжело.Больно.Но слушал.— Хрод справится, — сказала она. — А если не справится, значит у тебя плохой Хрод, но я в это не верю.Хрод моргнул.— Спасибо... кажется.Кайран повернулся к нему.— Северный склад. Бери десятерых. Если Вельмар там — живым. Если подожжёт — сначала зерно.— Да, милорд.Хрод ушёл быстро.Очень быстро.Кайран остался.Лада увидела, чего ему это стоило.И поняла: вот оно.Настоящее доверие.Не поцелуи.Не слова.Не жаркая стена солеварни.А момент, когда мужчина, привыкший всё делать сам, остаётся там, где должен быть, потому что она сказала: так надо.Эйвора медленно спустилась на несколько ступеней.— Кайран...— Молчите.Она остановилась.Слово ударило её сильнее пощёчины.Сольвей подняла голову.— Нет.Все посмотрели на неё.Она отпустила рукав Лады.Сделала шаг вперёд.— Пусть говорит.Кайран резко повернулся.— Сольвей.— Нет. Я хочу услышать.Голос дрожал.Но держался.— Я хочу знать, кем вы меня защищали, тётя.Эйвора побледнела.— Дитя моё...— Не называйте меня так.Лада почувствовала, как в груди что-то дрогнуло.Сольвей стояла перед женщиной, которая годами делала её слабой.И наконец не просила разрешения быть сильной.— Я хочу знать, — повторила она.Эйвора смотрела на неё долго.Очень долго.Потом будто постарела.Сразу.Лицо осело.Плечи опустились.— Я боялась потерять тебя.— Нет, — сказала Сольвей.Эйвора вздрогнула.— Что?— Вы боялись потерять власть надо мной.Тишина.Весь двор молчал.Даже море, казалось, отступило дальше от скал.Эйвора открыла рот.Закрыла.И впервые не нашла правильных слов.Сольвей плакала.Слёзы текли по лицу.Но она не пряталась.— Вы говорили, что я хрупкая. Что мне нельзя волноваться. Что брат устанет от меня, если я буду трудной. Что люди любят меня, когда я добрая и тихая. А я... я верила.Лада почувствовала, как Кайран рядом едва заметно пошатнулся.Нет, физически он стоял.Но внутри удар получил страшный.Сольвей повернулась к брату.— И я делала тебя виноватым.Он шагнул к ней.— Сольвей...— Нет. Я делала. Потому что не знала, как иначе попросить, чтобы ты не уходил.Кайран закрыл глаза.Лада отвернулась.Не потому что не хотела видеть.Потому что это было слишком личное.Слишком настоящее.Сольвей снова посмотрела на Эйвору.— Я больше не буду.Эйвора молчала.И это молчание было её поражением.Не полным.Но настоящим.Кайран тихо сказал:— Эйвору в западные комнаты. Под охрану. Не тюрьма. Но без писем, без слуг, кроме тех, кого назначит Лада.Лада резко повернулась.— Я?— Да.— Милорд...— Ты лучше