Это ж сколько времени прошло, пока я в отключке валялся?

И ведь не холодно ни капельки. Совершенно. Мне да Напалму на холод наплевать. Хотя в снеге за воротом приятного, конечно, мало.

— Что случилось? — спросил я у пироманта и осторожно потянулся, пытаясь размять занемевшее тело.

— Ты стоял, стоял, а потом просто грохнулся на спину, и все. — Напалм влил в себя не допитый мной чай и усмехнулся. — Вот Петрович тебя и кольнул.

— Да понял уже. И что, я теперь крут?

— А хэ зэ, — пожал плечами Напалм. — Но если так, ты уже начинай что-нибудь делать. Щиты долго не продержатся. И опять утечка энергии началась.

— Вот встряли…

Силовые щиты Цитадели и в самом деле прогибались, будто под покровом вьюги на нас накатывала сама властвовавшая в этом мире Стужа.

Напалм поднялся на ноги, покачнулся и едва не упал. Из носа у него потекла тоненькая струйка крови, и досадливо поморщившийся пиромант промокнул ее неожиданно чистым платком. Да и колдуны чувствовали себя не лучше: бригадир ликвидаторов опирался на Лымаря, Оксану поддерживала под руку Вероника. Слава и вовсе сидел на земле.

Это что ж такое творится? Будто нечто из колдунов силы оттягивает. А ведь таким спокойным этот мир поначалу показался: чистое небо, нетронутый снег, ни ветерка…

— К нам приближается какая-то энергетическая аномалия! — заорал вдруг, перекрикивая гул ветра, оторвавшийся от приборов Шумов.

— Еще одна пирамида? — поморщился Василенко.

— Возможно.

— Евгений! — окликнул меня Бородулин. — Готов к новой попытке?

— Всегда готов, — совершенно не чувствуя никакого воодушевления, отозвался я.

— Ну давай, пионер, не подведи, — выдал напутствие Напалм.

— Погоди, — окликнул меня бригадир ликвидаторов. — Началась утечка энергии, поэтому чем меньше ее придется потратить на переброску, тем лучше. И желательно попасть в место с повышенным энергетическим фоном. Иначе надолго там застрянем.

— О-хо-хо! — только и вздохнул я, попытался сосредоточиться и едва не полетел на землю, когда в спину шибанул порыв вконец распоясавшегося ветра.

Не выдержавшие напора стихии щиты Цитадели оказались пробиты в самый неподходящий момент, и нас захлестнула обезумевшая вьюга. Колючий снег, обжигающий холодом ветер и вытягивающая все силы Стужа. Вот ведь…

— Напалм! — взвизгнула Вера, и хрустнувший костяшками пальцев пиромант усилием воли сотворил окруживший нас пылающий занавес.

— «Геенна огненная ждет гостей, — с натугой затянул парень, на миг умолк, но тут же продолжил петь: — Мне вчера было лень, а сегодня я еду к ней…»

Языки огня, взметнувшись вверх, лизнули ледяное основание пирамиды, и врезавшиеся в них снежинки моментально растаяли, не в силах прорваться внутрь. На мгновение стало легче, но тут я взглянул на пироманта и вздрогнул.