— Гимназисты такого не простят, — кивнул Напалм, и мне почему-то показалось, что возможная потеря вовсе не маленькой суммы его не особо и волнует. Странно, на типа не от мира сего он непохож.

Реалист? Иллюзиями себя тешить не хочет? Ничего, мы еще повоюем.

— Да хотя бы и двадцать пять тысяч! — махнул рукой Алекс. — Я дом на «Поляне» куплю. И на жизнь останется. У меня ж дочка, хоть в нормальных условиях поживем. А то сейчас…

— С этим тоже не все так просто, — поморщился Напалм.

— Чего еще? — удивился Шумов.

— Продадим пирамиду гимназистам, Воевода нервничать начнет. А это чревато.

— Ему-то чего нервничать? — возмутился Алекс. — У Гимназии с Дружиной все схвачено!

— Так-то оно так, но не совсем так, — хмыкнул пиромант. — И отношения у них уже не те, и кучу неприятностей Дружина через это дело огрести может.

— Считаешь, Воеводе невыгодно усиление Гимназии? — задумался я. — А что за проблемы?

— Как обычно — Лига, Братство, Город.

— Значит, надо закрыть сделку раньше, чем о ней узнает Дружина и все остальные, — пожал я плечами, прекрасно понимая, что определенный резон в словах пироманта, несомненно, есть. Ох уж мне эта большая политика…

— Ладно, хватит время терять, — позвал нас Напалм и начал выбираться на дорогу. — Шевелитесь!

— Ты на «энерджайзерах», что ли? — Шумов сплюнул под ноги и со стоном поднялся со ствола. — А знаете, что я первым делом сделаю в Соколовском? Напьюсь! Вы как, составите компанию?

— Не, — отказался Напалм. — Я пас.

— Евгений?

— Тоже мимо.

— Чего вы такие скучные? — Шумов нагнал нас и зашагал рядом. — Грех не выпить-то!

— Нельзя нам, — объяснил пиромант. — Мы ж мутанты. Алкоголь на нас пагубно влияет.

— Да ну⁈

— Слушай его больше, — усмехнулся я. — Выдумывает.

— То есть, — прищурился Напалм, — алкоголь на тебя положительно влияет?

— Сугубо отрицательно.

— Вот!

— А если по чуть-чуть? — предложил Шумов. — По соточке?

— Понимаешь, Алекс, — вздохнул я, — если мы наклюкаемся и потеряем над собой контроль, мало никому не покажется. Напалм вон и кабак запросто спалить может.

— И не только кабак, — подтвердил пиромант и вдруг остановился у торчащей из снега скалы, покрытой серым мхом. — А вот это дело!

— Это чего еще? — удивился Алекс.

— Страхогон. — Пиромант оторвал немного мха, размял его пальцами и спросил: — Есть бумажка?

— Держи.

Шумов достал из рюкзака тетрадь, оторвал половину листа и протянул Напалму. Тот сноровисто свернул самокрутку, запалил и затянулся едким дымом. Немного постоял, покачнулся, начал заваливаться на спину, но тут же пришел в себя и ухватился за дерево.