Помогло. Парень, брезгливо морщась, принялся обыскивать мертвецов, и вскоре изводивший нас белый шум наконец смолк.

— Ты как? — спросил я у пироманта.

— Жить буду, — не решаясь подняться на ноги, ответил тот.

— Слушайте, интересные штуки, — подошел к нам Шумов. — Если я их включу, сильно ругаться будете?

— Убью на фиг! — пообещал Напалм.

— Ладно-ладно, — отступил от него Алекс и пригляделся ко мне: — У тебя щека в крови.

— Это не кровь. — Я прикоснулся к лицу, поправил шапку и натянул меховушки. — Это мозги.

— Чего⁈

— Мозги, говорю, от перенапряжения закипели и через уши потекли!

— А! Так бы сразу и сказал.

— Быстро собирай с мертвецов все ценное — и валим отсюда, — распорядился я.

— Интересно, — возмутился Шумов, — а почему это именно я мародерством заниматься должен?

— Мы просто не в состоянии. Давай бегом, убираться отсюда надо. Напалм, тебя перевязать?

— На фига козе баян? — фыркнул тот и еще сильнее стиснул простреленное навылет плечо. Раздалось непонятное шипение, следом потянуло паленым мясом. — Можно идти…

— Ну ты крут, — только и покачал я головой.

— Ты тоже ничего. Не поплохеет из-за этих жмуриков?

— Ты в плане отката или о моей совести беспокоишься?

— Тебе видней должно быть, — поднялся на ноги бледный как полотно пиромант. — Это ты двух человек на тот свет отправил, не я.

— Вообще — трех. Но помню только одного, — поправил я его. — И на мою совесть это ляжет тяжким грузом, не сомневайся. Как от шока отойду, так и начну хандрить.

— А откат?

— Так не чувствовал я их! Вообще! Будто по мишеням стрелял. Какой откат?

— Это из-за глушителей. Колдунам они сосредоточиться не дают, а уникам совсем худо становится.

— Да нет, — усмехнулся я. — Хорошая штука, полезная.

— В каком смысле?

— Надо будет кого грохнуть — включу глушитель, и никакого отката…

— Шутник ты, я погляжу…

— Какие шутки? Я серьезен как никогда!

— И это ты еще меня маньяком называл? — Напалм неловко двинул раненой рукой и тихонько заскулил от боли: — Ой-ой-ой…

— А ты и есть маньяк, — хмыкнул я и вытащил из внутреннего кармана куртки аптечку. — Может, кольнуть?

— Чем еще?

— «Нирваной».

— «Нирваной»? «Нирваной» можно, — повеселел пиромант и забрал у меня шприц. — Только лучше я сам.

— Как скажешь, — пожал я плечами. — И давай потом в обход ельника. Только смотри в овраг не свались.

— У нас проблемы! — заявил вдруг обыскивавший мертвеца Алекс.

— Да ты че? — обернулся к нему пиромант. — А мужики-то не знали!

— У нас офигенно большие проблемы! — вскочил на ноги Шумов. — Это рейнджеры!

— Какие еще рейнджеры? — не понял я.

— Из Города, какие!